— Но деньги, которые я плачу вам за работу, абсолютно «чистые», — напоминаю.
Кивает.
— Знаю. Я проверил.
Он мне нравится. Говорит мало и по делу. А делать этот человек умеет многое. Почти месяц билась, прежде чем мне удалось с ним связаться.
— Хорошо. Вот, — протягивает мне бумагу. — Этот документ — дарственная. Она подтверждает, что Митчел Хеллоу передает вам в дар содержимое ячейки номер сто двадцать три в банке «Зеленый оазис», открытой на его имя полгода назад.
Митчел Хеллоу. Только Коэн мог придумать такое идиотское имя.
— Могу я узнать, что в этой ячейке?
Там сумма, которая тебе и не снилась.
Качаю головой.
— Кажется, это не входит в условия нашей сделки.
— Достойный ответ, — дарит мне уважительный кивок. Поднимается. — Полагаю, на этом наши дела окончены?
— Вполне, — соглашаюсь.
Тоже встаю. Пожимаем руки. Прощаемся.
Когда мужчина уходит, возвращаюсь в гостиную. Сажусь в кресло. Пробегаю глазами документ.
По информации от разных источников подделки этого типа распознать невозможно.
Коэн перевернулся бы в гробу, узнай, что я сделала. Будь у него гроб, разумеется.
52.
Ну, вот и все. Билеты куплены.
Перевожу оплату. Готово.
Через три дня мы покинем Аквилон. Наконец-то.
Последний месяц вышел сумасшедшим. Но я собой довольна. Теперь могу уйти, не оглядываясь.
Выключаю компьютер. Ложусь на кровать. Складываю руки на груди. Смотрю в потолок. Когда очень долго к чему-то идешь, и вот, это происходит, накатывает усталость.
Звонит комм на моей руке.
Лежу с закрытыми глазами. Не хочу их открывать. Подношу запястье к лицу. Принимаю вызов, не глядя на номер.
— Кэм, привет, — раздается голос Кесседи.
Подпрыгиваю, как ошпаренная. Он звонит мне впервые.
— Привет, — отвечаю растерянно.
Не видела и не слышала его уже несколько недель.
Сердце снова противно ускоряет бег.
С моей реакцией на него ничего не изменилось.
— Можно тебя кое о чем спросить?
— Спрашивай, — усмехаюсь. — С каких пор ты просишь разрешение?
— С тех самых, когда узнаю, что недавно созданный Фонд Имени Джека Смирроу набирает волонтеров для помощи жителям Нижнего мира.
— Какой фонд? — добавляю удивления в голос.
— Имени Джека Смирроу, — а вот голос Райана становится напряженным. Он знает, что я его прекрасно слышала.
Снова падаю на кровать. Рука с коммуникатором у лица. Вторая отброшена на покрывале. Лежу и улыбаюсь.
— Вот это новость, — заявляю.