Русская наследница

Только сейчас Даша увидела весь масштаб той катастрофы, что произошла у Кати в душе. Отчаяние колыхнулось там с неимоверной силой.

— Ну, ты даешь… — только и сказала Даша.

Их прервал телефонный звонок. Звонил Филипп. Даша слушала его, сияя глазами. Положив трубку, сообщила:

— Сказал, что обедать приедет не один.

— Ты так сияешь, Даш, что можно подумать — визит его сослуживца или партнера по бизнесу для тебя великий праздник. Придет человек, с которым ты и говорить-то не сможешь толком из-за языкового барьера… Чему ты радуешься?

— Не понятно? Я радуюсь из-за пирогов! Ничего придумывать не надо, пироги, считай, готовы.

Сделаю бифштексы и рис сварю. Салат настругаем.

Катя, улыбаясь, смотрела на сестру. Все-таки счастье делает человека слегка придурковатым. Хотя, конечно, понятия счастья и несчастья размыты. В связи с Дашкиными пирогами она вдруг вспомнила эпизод из детства. Однажды в их подъезде раздались причитания. Весьма недвусмысленные бабьи причитания. Сбежались соседи, решили, что кто-то умер.

Причитала баба Клава с пятого этажа. Оказалось, что у нее не поднялось тесто. Она замесила его как положено, выждала время. И стояло-то оно у самой батареи, в тепле. И не поднялось. И так этот факт скосил бабу Клаву, что она не смогла уместить свое отчаяние в пределах однокомнатной хрущевки и выплеснула на люди, в подъезд. Ее, конечно, утешили как могли. Кто-то принес сухие французские дрожжи, тесто исправили. Но контраст ничтожности события и объем причитаний по его поводу сделал этот случай местным анекдотом. Дашка, с ее пирогами в Америке, напомнила Кате о доме. Она ясно представила кухню в квартире родителей, двор, который прекрасно обозревался из окна. Сколько раз Катя выглядывала в окно, поджидая темно-синюю «тойоту». Сколько раз «тойота» появлялась в том дворе, останавливалась возле трансформаторной будки?..

Сестры спустились во двор проверить детей. Анюта затеяла игру в классики на подъездной дорожке. Шурик рисовал рядом цветными мелками. Виталька сидел на траве в обнимку с мячами.

Катя и Даша расположились на скамеечке возле кустов роз."

"Они болтали о том о сем, издали любуясь детьми и наслаждаясь солнцем. Дом Филиппа Смита, построенный в живописном месте, среди старых сосен, словно нарочно настраивал на отдых, заставляя забыть о суете жизни. Болтая, они не услышали, как подъехала белая машина Филиппа. Только Виталька, который, кажется, с закрытыми глазами чувствовал приближение своего друга, бросил мячи и помчался к воротам.