Он в последнее время целыми днями на диване валяется, музычку слушает. Интеллигент, бля!.. В инструкциях сегодня про кипиш ничего не было. Наше дело – клиентов покнокать, чтоб до покоса не дожили.
Они замолчали – навстречу шел пожилой врач в белом халате и аккуратной шапочке в сопровождении невысокой миловидной медсестры.
Остановившись рядом с вооруженными людьми в камуфляже, он спросил:
– Могу я поинтересоваться у представителей нашей доблестной милиции целью их визита в наше лечебное учреждение?
– Служебные дела, – последовал короткий ответ.
– Ну да, разумеется, – улыбнулся врач. – Что ж, не буду мешать. Только у меня к вам одна просьба – пожалуйста, не курите в больнице.
– Мы – некурящие.
– Благодарю вас.
Врач удалился вместе с медсестрой, а один из лжемилиционеров, подозрительно посмотрев им вслед, зашептал:
– Давай, Гитлер, решайся. А то я тебе, в натуре, говорю, закоцают нас.
Его мандраж передавался и напарнику. Они уже приближались к цели, когда ответственный за выполнение задания наконец сказал:
– Ладно, Федос, сделаем все без кипиша! Ты, главное, гороха не жалей.
"Напарник мгновенно достал из кармана комбинезона длинный цилиндрический глушитель и ловкими, заученными движениями навернул на ствол.
На мгновение замерев перед дверью, они огляделись, прислушались и, наконец, кивнули друг другу.
Гитлер осторожно взялся за дверную ручку и толкнул дверь от себя.
Кровать больного стояла в дальнем углу палаты, пациент с забинтованной головой лежал под капельницей. Рядом с ним равномерно гудел и вздыхал аппарат искусственной вентиляции легких, мерцал осциллографический экран аппаратуры.
Гитлер, с автоматом наперевес, остался у двери. Федос подошел к больному и, передернув затвор автомата, вгляделся в покрытое смертельной бледностью лицо.
– Он самый, – обернулся к напарнику Федос.
– Кончай его.
Федос отступил на шаг, направив ствол «калашникова» на беспомощного пациента, и нажал на спусковой крючок.
Заклацал автоматный затвор. Пули изрешетили тело, облепленное датчиками, а комната наполнилась пороховым дымом.
– Готов, бля, – нервно сказал Федос, сворачивая глушитель со ствола «калашникова». – Уходим…
Они быстро покинули палату, закрыв за собой дверь, едва ли не бегом миновали коридор и спустились по лестнице в вестибюль.