Тот подбежал, выслушал склонившегося к его уху Неупокоева, убежал и через полминуты вернулся со спортивной сумкой в руках, которую бросил под ноги Трошину.
Тот неторопливо нагнулся, поднял сумку, расстегнул «молнию», потом вздохнул, сел на бумажные тюки и стал пересчитывать деньги пачку за пачкой.
Неупокоев и Фроликов стояли рядом. С каждой минутой Фигаро нервничал все сильнее. И облегченно вздохнул, лишь когда Трошин бросил последнюю пачку в сумку и застегнул «молнию».
– Деньги счет любят, – сказал Трошин, поднимаясь.
– Когда будет следующая партия? – спросил Неупокоев, провожая гостей к выходу.
– А что, уже есть нужда в новой партии? – удивленно вскинул брови Трошин.
– Люди заинтересовались.
– Об этом поговорим отдельно, – отрезал Трошин, а Фроликов несколько смягчил тон своего компаньона:
– Созвонимся.
Трошин с Фроликовым сели в «БМВ». Люди в камуфляже и масках, подозрительно поглядывая на парней в ангаре, дождались, пока «Кадиллак» и «БМВ» тронулись, потом быстро сели в «Волгу» и тоже покинули место встречи.
– Ментовье поганое! – с ненавистью сказал один из неупокоевских парней и смачно харкнул себе под ноги.
– Тоже икру хавать хотят. Надо бы Князю свистнуть…
* * *
Самсон со скучающим видом сидел за столиком небольшого загородного ресторана «Дед Мазай». Внутреннее оформление зала, сделанное в старорусском стиле, Самсону не нравилось. Дощатые столы и с нарочитой простотой срубленные лавки и стулья почему-то напоминали ему зоновскую рыгаловку.
На самом деле «Дед Мазай» не заслуживал звания ресторана, хотя в его строительство и оформление были вложены немалые деньги. После того как прежние хозяева свинтились за бугор, «Дед Мазай» совершенно захирел, и даже запрудненская братва, которая прежде, при жизни Саши Порожняка, присматривала за этим заведением, потеряла к нему всякий интерес.
Основную массу посетителей теперь составляли шоферы-дальнобойщики, чьи желудки не ощущали особой разницы между шницелем «по-венски» и обыкновенной совковой хлебной котлетой.