А свой детский романтизм Костя порастерял давно – в Афганистане, в зоне и после нее, потом в Запрудном. Растерял вместе с друзьями и близкими людьми.
Пусть кто-то назовет его циником, но Костя знал, что он просто принимает жизнь такой, какая она есть, вернее, такой, какой она ему видится. А он считал, что многим, ох многим нечего делать в этой жизни.
И он поможет этим людям расстаться с нею как можно скорее.
Но в одиночку он этого сделать не сможет. Ему нужна структура, четкая и надежная, как пристрелянный пистолет или крепкий нож.
Братва войдет в эту структуру, обязательно войдет, об этом Костя позаботится. Но не только на нее он делает ставку.
Есть еще и те, кто прошел Афган. У каждого из них свой счет к этой жизни. В этих счетах – и жизни друзей, убитых на их глазах, и разрушенные семьи, и обида на предавшее их государство.
Паша Бережнов собрал вокруг себя запрудненских «афганцев», тех, кто не спился, не забомжевал, кто в криминал не подался, – заливать кровью и водкой пустоту душевную.
Но ведь в Москве ребят-«афганцев», которые маются по жизни, не находя себе места, – тысячи! Не все же они в криминал подались.
Они и в криминальных группах участвуют-то только потому, что хотят получить по своему счету. От кого? Не все ли равно? Да от любого, лишь бы затушить огонь обиды, боли и ненависти.
Из этих парней можно создать не только надежный отряд, можно собрать небольшую армию, которая будет вести войну с врагами по всем правилам военного искусства. А врагов им покажет он, Костя Панфилов.
Уже на следующий день он нашел в Москве областной военкомат и под предлогом создания общественной организации воинов-«афганцев» Москвы и Московской области получил несколько сотен адресов.
А еще через несколько дней четверо из них уже сидели у него в ресторане в Запрудном и обсуждали главный вопрос – кадровый.
Разговорчивый, отличавшийся мрачным юмором Стас Иконкин вызвался через неделю собрать несколько десятков афганских ветеранов здесь, в Запрудном.
Троим другим Костя предложил войти в группу разведки и начать собирать информацию о противнике.
Самый сложный вопрос – о поиске общего врага, решился сам собой.
Решился только потому, что Костя предложил финансировать сам всю будущую структуру.