Хотел быть здоровым – и был им… Просто по своему желанию, по настрою внутреннему… С врачами только по необходимости дело имел… Руку сломал… Пулю в бою получил… Там уж без врачей никуда… А в остальном – всегда здоров…
– Маюсь… Не слышал, что ль, что из больницы две недели назад выписался… Операцию делали… Желчный пузырь… Будто человек я желчный… Да наливай ты, не стесняйся… И нервы никуда… Тоже лечить надо… На тебя, видишь, прикрикиваю…
– А ты покажи мне человека, на которого ты не прикрикиваешь… Ты даже на барменшу в баре, когда в кредит сто граммов просишь, покрикиваешь…
– Да есть, наверное, и такие, на кого не прикрикиваю… – задумался отец Георгий.
– Можно подумать, ты на начальство не прикрикиваешь…
– Прикрикиваю, на свое… Которое пониже… Этих я еще голосом порой беру… А есть и побольше начальство… Не докричишься… А на свое-то можно, хотя тоже не всегда… За то, наверное, и за штат меня вывели… Говорят, что по болезни, чтоб здоровье поправил… А на деле…
– За штат тебя вывели? – спросил отставной следователь.
– Вывели… А! Вот, вспомнил… Вот на его батюшку никогда не прикрикивал… – показал отец Георгий на Алексея Пашкованцева. – Не было случая, чтобы я…
– Вот именно, не было случая… А случай подвернется, так и прикрикнешь… – категорично заявил Артем Палыч.
Старший лейтенант сидел молча, слушая разговор или не слушая. Он вообще мрачным и малоразговорчивым выглядел, и непонятно было со стороны его внутреннее состояние.
– Так ты что, службу теперь не ведешь? – спросил Артем Палыч священника."
"– Ничего не веду… Здоровье вот поправляю… Да наливай ты, в конце-то концов…
Строганов наполнил рюмки.
– А ты что, с того раза ни разу так и не пил? – спросил старшего лейтенанта.
– Не пил… И никогда уже не буду… С той самой ночи…
– Да… Сильное ты внушение получил…
– Два… Два внушения… Я вам говорил, кажется, что в тот день взвод мой вместе с новым командиром погиб…
– Да, помню… Ты не говорил… Мужики ваши говорили, с чего ты запил…
– А потом вот я узнал, что лейтенант, который взвод на бэтээрах в ущелье завез, пьяный тогда был… Младший сержант, один из всех остался, ничего не сказал… Экспертиза потом показала… В состоянии сильного опьянения… Тогда и младший сержант раскололся…
– Эх, мне, что ль, бросить… – в сердцах поставил перед собой уже поднятую рюмку отец Георгий.