начала решать алгебру, до самого звонка больше ни на что не отвлекаясь.
***
— Математичка — зверь! — ругалась мне под ухо Танька, пока мы шли по коридору. — Первый день, первый урок, а уже контрольная! А повторить? А раскачаться? А пожалеть бедных детей?
— Эта пожалеет, — фыркнула Ксюша Одинцова, тоже наша одноклассница, — догонит и потом та-а-ак пожалеет, что мало не покажется.
Прыснула, хотя возмущения по поводу случившейся контрольной я не испытывала — жизненная позиция «Взрослым всегда виднее» всё ещё давала о себе знать, несмотря на то, что в последнее время я с ней активно боролась.
Мы шли по коридору, обмениваясь впечатлениями о первом уроке, вокруг было шумно, мелкие носились туда-сюда, всё время норовя сбить кого-нибудь с ног.
— Как тебе новенький? — спросила Лапина с явным намёком в голосе.
— Мутный какой-то, — пожала плечами, стараясь не думать о том, как меня задевает то пренебрежение и высокомерие, что читалось на его лице в моём присутствии.
— Да ладно тебе, — хохотнула Ксюха, — по-моему, он красавчик. Видела, как одевается? Не то что наши неандертальцы.
Мы с Таней согласно закивали головами. Не то чтобы наши одноклассники совсем уж не следили за собой, но зачастую они смотрелись как-то неопрятно. Чернов в этом плане выгодно отличался от многих, хоть я и не желала признаваться в этом. Даже самой себе. Его вылизанный вид заставлял меня чувствовать себя… будто бы грязной.
— А может быть, он того… по мальчикам? — мимоходом предположила Лапина, и я едва не упала, запутавшись в собственных ногах. Сегодня у меня определённо были проблемы с координацией. — Не, ну а чё? Вы видели его укладку? Даже я так не умею.
Ксюха с Танькой продолжили идти вперёд, обсуждая новенького, я же с грустью констатировала тот факт, что появление Ромы Чернова внесло в мою размеренную жизнь болезненное чувство неполноценности.
Он старался держаться особняком, утыкаясь на переменах в айфон последней модели и не обращая никакого внимания на окружающих, зато окружающие сами слетались к нашей парте, делая вид, что им срочно приспичило поболтать именно со мной, но при этом каждый усиленно косился на Чернова.