Ох, Терия, за что же ты так со мной?
Горничные насупились ещё сильнее, заметив, как сильно я расстроилась. К тому же слух о том, что поступок камеристки затронул и их господина, добавил дровишек в костёр. Но собачиться прямо передо мной никто не стал. Терия принялась бормотать извинения, пока девушки, с кошачьими ушками едва слышно фыркая, готовили меня к встрече с мужем.
Покидая слишком дружелюбных горничных и молчаливую камеристку, я поймала себя на мысли: я взбудоражена. Вообще-то мне должно было быть страшно, но уверенность в том, что Адриан не станет мне вредить, постепенно превратила меня из трусливого зайчика в нагловатую лису.
Уже неплохо ориентируясь на этом этаже, я без чужой помощи нашла малую столовую. А в ней… тёмного как тучу мужа. Он сидел за пустым столом и буравил вид за окном. Спрятав улыбку, приняла самый гордый вид, на какой была способна и, приподняв подол лазурного платья, шагнула в комнату.
Эхо моих шагов донёсся до Адриана, и он перевёл меня тяжёлый взгляд. На этом всё.
Эх, двойка тебе, твоё темнейшество. Если бы ты хотя бы попытался скрыть своё недовольство, поднялся из вежливости и не источал раздражение, то я бы извинилась, а так…
— Ты хотел меня видеть, — спокойно начала, без спешки сокращая расстояние. Адреналин бурлил в крови, и пока решимость меня не покинула, я продолжила: — Впредь будь добр сообщать о встрече заранее, чтобы я освободила время и подготовилась.
— Освободила время? — неверяще переспросил Адриан до глубины души пораженный моей наглостью. — И чем же ты, позволь спросить, можешь быть занята? — Прозвучал вкрадчивый вопрос.
Вспомнив неплохой совет одной из подруг, я поспешила перехватить инициативу разговора:
— А что? Я, по-твоему, не могу быть занята и только и делаю, что жду, пока ты меня позовёшь? — На удивление даже возмущение у меня вышло достаточно холодным. Так что можно начинать собой гордиться.
Ожидая продолжения перепалки, я даже застыла когда услышала смех и непонятный вопрос:
— Серыми бывают не только мышки? — Не став дожидаться ответа, муж встал, приглашая меня жестом сесть на стул по левую руку от него, а затем сказал: — Я приму к сведению твои пожелания.
Послушно присаживаясь, почувствовала, как Адриан пододвигает мне стул. Всё же он не безнадёжен.