Хэнк был постоянным посетителем этого бара, и бармен, экс-боксер, который однажды продержался шесть раундов против самого Джо Луиса, снабжал Хэнка информацией, считая, что всегда нужно быть в хороших отношениях с организацией Маркса.
— Доходный дом Дисона пылает, как факел, — прошептал он Хэнку.
Хэнк отреагировал на эту информацию так, словно его коснулось раскаленное железо. Его руки моментально оставили мулатку, глаза округлились, и он, расталкивая зевак, выбежал из бара на улицу.
На дальнем конце пристани Хэнк заметил языки пламени и клубы дыма.
Ему оставалось только молить Бога, чтобы Джо успел вытащить мальчишку из пламени. Нужно срочно позвонить Марксу.
— Что случилось? Кто заварил эту кашу?
Джо натужно кашлял, тяжело дыша. От дыма его глаза покраснели и беспрерывно слезились. Несколько секунд он смотрел на Хэнка, не узнавая его. И лишь когда тот основательно встряхнул его, он немного пришел в себя.
— Он погиб, — выдохнул Спайк. — Поджег свою конуру и сгорел в пламени! Я ничего не смог сделать! Проклятая каморка вспыхнула, как порох.
— Сгорел? — прошипел Хэнк. — И ты не мог его спасти?
— Нет! Он мертв! Я пытался открыть дверь, но он, видимо, забаррикадировал ее изнутри… Он мертв!
Хэнк ударил по лицу Джо.
— Ты спал, проклятый пьяница!
Джо отшатнулся.
— Может быть, я и вздремнул на пару минут. Я пытался спасти, но дверь уже горела. — Джо втянул носом воздух. — Я не виноват, Хэнк. Этот мерзавец сам поджег комнату.
Хэнк уничтожающе глянул на него.
— Все слишком плохо для тебя, Джо.
Оставив Джо, он по широкой дуге обошел горящий дом, пока не наткнулся на одного из жильцов, негра, которого хорошо знал. Негр сообщил, что в огне погибли десять человек, почти все с верхнего и четвертого этажей. Хэнк скривился. Да, Солли не обрадуется такому исходу.
Хэнк вернулся в ночной клуб, чтобы позвонить Солли.