Нотариальный отдел никогда не выдаст завещание без письменного распоряжения миссис Морели-Джонсон. Трудно ли это сделать?
Он закурил еще одну сигарету, рассеянно глядя на противоположную стену кабинета.
Старая леди наполовину слепая. Она подписывает любые бумаги, которые он ей дает. Без проблем можно было бы составить соответствующее распоряжение и отдать на подпись старой леди. Фэллоуз — парень недоверчивый, но если Петтерсон скажет ему, что старая леди хочет внести поправку в завещание, ему придется выдать столь желанный Петтерсону документ.
"Вновь Петтерсон вытер платком потные ладони. Но если он усомнится и позвонит старой леди? Или если старая леди захочет узнать, что конкретно она подписывает? Тогда исход его авантюры ясен… Ему не видать денег как своих ушей. Ни работы… Ни ста тысяч долларов годового дохода!
При мысли об этом у него пересохло во рту. Нет! Ждать! Он еще молод. Зачем подвергать себя подобной опасности? Когда работаешь в банке, ни в коем случае нельзя идти на подобные авантюры! Один неверный шаг — и ты у разбитого корыта!
И все же, он не может вот так сидеть и ждать смерти старой леди.
В дверь постучали, и вошла Вера.
— Мистер Кохан, — сказала она.
Петтерсон вынужден был вернуться к реалиям сегодняшнего дня и поднялся на ноги.
Берни Кохан был владельцем процветающего торгового центра с магазином самообслуживания, парка аттракционов и школы водных лыж. У него постоянно были свободные деньги, которые он вкладывал в какое-нибудь доходное предприятие, тем самым получая дополнительную прибыль.
Кохан был небольшого роста, толстенький, вечно улыбающийся человек. Войдя в кабинет, он удобно устроился в кресле для посетителей и глянул на Петтерсона.
— Мозес и Якоб! — воскликнул он. — Представляю, как вы провели уик-энд! Ох уж эти женщины, делают с нами все, что хотят!
Петтерсон был не в том настроении, чтобы поддерживать шутливый тон.
— Так в чем ваши проблемы, Берни? — строго спросил он.
Кохан откусил кончик сигары, сунул ее в рот и наклонился вперед.
— Что это с тобой? Никогда не видел тебя в таком состоянии…
— Так чего ты хочешь? — еще раз повторил Петтерсон, вытаскивая золотой карандаш.
Кохан поморщился.
— Ты сегодня на себя не похож.
— Я в порядке… Так в чем проблемы?
Кохан заколебался, затем пожал толстыми плечами. Если он хочет говорить только о делах… что ж, будем говорить только о делах.