Она прекрасно видела Гирланда, в то время как он ее никак не мог увидеть. Марк сел на кровать, глядя в зеркало и отмечая про себя, что уже не так молод, как казался самому себе.
— Кто вы? — спросила женщина, и у Гирланда возникло ощущение, что она с беспокойством изучает его лицо.
— Может быть, отбросим всю эту таинственность? — предложил он.
— Кто вы? — повторила она.
Гирланд нервно передернул плечом. Это начинало его раздражать.
— Меня зовут Марк Гирланд. Вы позвонили Дорну, он позвонил Росленду, Росленд передал это дело мне.
Последовала пауза. Гирланду начало казаться, что он разговаривает со своим отражением в зеркале.
— Продолжайте, — сказала женщина. В голосе ее сквозило нетерпение.
— Что продолжать? Я пришел сюда, чтобы услышать ваше предложение, а не для того, чтобы болтать с вами. Вы же это начали!
— А как вы докажете, что вы человек Дорна?
— Зачем бы я еще сюда пожаловал? Мне сказали, что вы хотите получить деньги за какую-то информацию.
— А кто этот Росленд, о котором вы говорили?..
Гирланд почесал подбородок. Ему уже надоело рассматривать себя в зеркале.
— О нем уже можно не беспокоиться. Росленд мертв. Когда я видел его в последний раз, он лежал на кровати весь изуродованный, с вырванными ногтями.
Из микрофона донесся приглушенный вздох.
— Мертв?.. Его что, убили? — в голосе появились тревожные нотки.
— Замучили, — сказал Гирланд.
— Кто же это сделал?
Марк наклонился вперед, облокотившись о колени и уставясь в зеркало. Он понимал, что смотрит и на незнакомку, только не видит ее.
— Росленд отнесся ко всему этому легкомысленно, так же, как и Дорн. Я же воспринял это всерьез, поэтому пока жив. Вы много болтали, вот и нашлись «заинтересованные лица». Наверняка вы разговаривали с ними. Но должен вас предупредить — у этих ребят жесткие методы. Это они замучили и убили Росленда.
После длительного молчания она, наконец, сказала:
— Мне об этом ничего не известно, я звонила только Дорну.
— Если так, значит, разболтал кто-то другой, а это уже снижает ценность ваших сведений.