— Вы не можете подобрать ничего подходящего? — с наигранным удивлением спросила она.
— Взгляните сами. Что из этих вещей вы выбрали бы как подарок к вашей свадьбе?
Она прошлась взглядом по залу и сделала гримаску."
"— Возможно, вы правы. Подождите минутку.
Выйдя из-за прилавка, она подошла к блондинке и что-то шепнула. Та окинула меня ледяным взглядом — я, по-видимому не произвел на нее благоприятного впечатления: со мной не было китайского мопса и на руках не сверкали бриллианты. Для нее я был одним из многих тысяч бездельников туристов.
— Вам поможет выбрать подарок мисс Мэддокс, — сказала она, глазами указывая на блондинку.
Встав со стула и слегка покачивая широкими бедрами, мисс Мэддокс ожидала меня; ее высокая грудь мерно вздымалась и опускалась в такт дыханию. Такими формами мужчины любуются на рекламах нейлоновых изделий.
— Что вы желаете? — спросила она скучающим голосом, рассматривая меня и по-прежнему не находя ничего, достойного внимания.
— Я ищу свадебный подарок. В названии вашего магазина есть слово «оригинальное искусство», но, к сожалению, ничего оригинального пока не нашел.
Она приподняла свои выщипанные брови.
— У нас есть и другие изделия, но стоят они недешево.
— Что ж, женятся ведь не каждый день. Можно взглянуть?
В этом зале было выставлено для обозрения и продажи около шестидесяти произведений мистера Хана. Каждый предмет покоился на отдельной подставке. Беглый осмотр убедил меня, что именно этими вещами должна была восхищаться Марго.
— Это лучше, — сказал я, осматриваясь по сторонам и замечая еще одну зашторенную дверь. Возле нее сидела девица, на этот раз рыжеволосая. — Разрешите мне немного побродить.
Отойдя на несколько шагов, мисс Мэддокс оперлась округлым бедром о прилавок. Глаза ее, выражавшие безразличие и скуку, говорили, что мне не удастся ввести ее в заблуждение относительно своей персоны.
Керамика и бронза, выставленные для избранной клиентуры, были по-настоящему хороши. Особенно понравилась мне статуя обнаженной девушки, прикрывавшей руками грудь. Казалось, она излучала саму жизнь, и я не удивился бы, сойди она внезапно с пьедестала.
— Неплохо, — сказал я. — Сколько стоит эта девушка?
— Две тысячи долларов, — ответила мисс Мэддокс тоном продавца, называющего цену «роллс-ройса».
— Так дорого? Для меня это, пожалуй, не подойдет.