За дверью обнаружилась скромных размеров комната обставленная скудной мебелью: у дальней стены узкая кровать за отдернутой ширмой, посредине стол, за ним три стула, в углу перекосившийся шкаф. Еще пара полок, вешалка из оленьих рогов и, собственно, все. Обстановка дешевой гостиницы.
Сам знахарь выглядел тоже несолидно. Парнишка лет девятнадцати в лучшем случае, а в худшем и до семнадцати не дотянул. Болезненно худой, мускулатуры ноль, кожа нездорово бледная, будто только что из склепа восстал. Глаза только выделяются: будто лазерные сверла, потрясающе умные, внимательные, с какой-то бесовской искоркой.
Карат, присаживаясь на свободный стул, заметил:
– Скромно живешь, Чтец.
– Человеку много не надо.
– Звать меня Карат, я к тебе и правда по делу.
– Знаю.
– Имя знаешь?
– Нет, но знаю, что ты новичок и кое-что хочешь у меня выведать насчет умений. Про ногу молчу, не надо быть знахарем, чтобы догадаться о травме.
– Как остальное понял?
– Я ведь знахарь, знать – моя работа.
– Интересная работенка.
– Не скучная.
– С ногой у меня и правда беда.
– Показывай.
Посмотрев на рану, Чтец спросил:
– Чем это тебя?
– А ты разве не знаешь? У тебя работа – все знать.
– Вот ответишь, и узнаю.
– Хитрое знахарство.
– Ага, хитрее не бывает. Так чем это тебя?
– Арбалет.
– Тупой болт?
– Тупее не бывает. Со свинцовым наконечником. Не знаю зачем такой вообще нужен.
– Удобно на охоте в тех местах, где много зараженных. Наконечник подбирается экспансивный, такой при ударе деформируется, но не пробивает череп.
– А смысл? Почему бы то же самое не проделать обычным болтом? Мозги пробьет, после такого они тоже не поднимаются.
– От тупого болта рана минимальная, нет обильного кровотечения. Твари ведь запах крови издали чуют. Тихий выстрел; удар тоже тихий; потеря сознания мгновенная, даже заурчать не успевает; крови или вообще нет, или проливается немного.
Знахарь не спросил, а произнес это как утверждение. Но Карат уточнил:
– Это был вопрос?
– Нет. Это я так вижу.