Запертый в подвале, он открыл замки и разделался с операторами, сидевшими в надежнейшем по мнению Фарта месте: в охраняемом штабе; за стальной плитой крышки люка; на приличной глубине под толстым слоем железобетона. Бомбежку могли пережить, артобстрел нипочем, но хватило единственного диверсанта.
– Ба! Кого я вижу! – делано изумился Жало и взмахнул рукой стряхивая с лезвия ножа капли крови. – Мы с тобой, по-моему, кое-что не закончили. Ты был невоздержан в словах, а я такое забывать не люблю. За это я должен кое-что сделать, ты уж не серчай.
– Если ты насчет прямо тут по быстрому меня ублажить, то рот для начала сполосни, я брезгливый.
Сплюнул непонятно откуда взявшейся кровью, разорвал связанные шнурки, на которых удерживались ножны, потянул из них меч.
– Да ты у нас прям ниндзя с грязным языком. И шутки какие-то однобокие, ты прям зациклен на тему ублажения мужика мужиком, а это как-то подозрительно, – Жало насмешливо прокомментировал его приготовления и требовательно прокричал кому-то за спиной Карата: – Не трогать его! Совсем спятил?! Ты же и его и меня угробишь! Я сам с ним разберусь, засохни!"
"Усмехнулся, подкинул нож в ладони, слаженным переливом опасного бойца начал надвигаться на Карата.
И Карат напряг.
Мир остановился. Уголком глаза можно было рассмотреть как Юпитер в длиннейшем прыжке летит на грузовик в открытом кузове которого пулеметчик спешно пытается опустить крышку лентоприемника. И, судя по скорбно перекосившейся физиономии, он самую малость не успевает. Чуток не повезло, не вовремя закончились патроны, так что придется умирать. Площадь усеяна телами, почему-то горят три машины на дальнем краю, там же стоит автоматчик и у дульного среза его оружия стремительно распухает пламя выхлопа – самое быстрое, что Карату довелось увидеть в почти остановившемся мире.
Все это он рассматривал уже на ходу, отчаянно пробиваясь через вязкую патоку, которая сжимала тело со всех сторон. Да, он знает, что чрезмерные усилия в таком состоянии могут навредить, но у него сейчас очень мало времени, а надо много успеть. Добраться до Жала, доказать ему окончательно, что не помыв рот не надо связываться со столь серьезными личностями.