Тот, повернувшись, уставился на пострадавший ""уазик"" и с надрывом проревел:
– Ты где права купил, дятел?! Кто тебя вообще водить учил?!
Игорь ничуть не опешил от такого наезда. Видал и похуже, к тому же можно многое списать на стресс после неслабого столкновения. Потому без лишней агрессии, но очень твердо ответил:
– Сбавь обороты, и голосить во всю пасть тоже не надо, тут тебе не похороны. Машина не ехала, а стояла с включенными фарами, на ""аварийке"", прижавшись к краю обочины с правой стороны. Разуй глаза и сам это увидишь.
– Слышь, кончай уже грузить, умник. Это мы еще посмотрим, кто где стоял и кто как ехал.
– Да без проблем, – Игорь пожал плечами. – Вызовем гайцов, пусть разбираются, я разве против. Ты один в машине?
– Я… Чего?! О! Блин! Ляля! Лялечка!
Незнакомец, будто очнувшись, резво сунул голову в недра машины, голосом нежного папаши, склонившегося над колыбелью, произнес:
– Ляля, ты там как? Не сильно ушиблась?
– Я нос об эту подушку расквасила, – ответили плаксивым и не слишком мелодичным женским голосом.
– Сейчас! Сейчас мы все решим, милая! Посиди тихонько, сейчас будет все!
Мужик начал лихорадочно водить пальцем по экрану дорогого смартфона, что-то невнятно при этом бормоча себе под нос.
– А ты это… телефон лечилки не знаешь? Ну там врачей как вызвонить?
– Знаю, но здесь связи нет.
– Да ты гонишь, я только что базарил, все было.
– Ну вперед, звони дальше.
– А ведь и точно, ни одной полоски не показывает. Что за фигня? У тебя тоже так?
– Говорю же, нет связи. Что неясно?
– Ляля волнуется, нос у нее совсем плохой.
Игорь покачал головой:
– Радиатору точно кранты, и заглохла после удара. Вряд ли получится завести, там и до этого стартер совсем дохлый был.
– Вот нахрена на ржавых тазах гонять? Все наши беды из-за таких как ты. Вот ведь повезло на тебя нарваться, откуда только беретесь…"
"– Этот таз проедет там, где твой катафалк по крышу утонет.
– А я по дерьму не езжу.