После второго удара мертвяк резко обмяк и замер неподвижной куклой. Шуст, тут же возле него присев, задрал волосы на затылке, открыв скромную опухоль слабо похожую на ту, что была у твари, едва не прикончившей Карата.
– Тьфу ты! Совсем зеленый гад! То есть гадина.
– И что?
– А то, что споровый мешок только-только отрастать начал. Можно даже не резать, пустой он. Похоже, эта барышня из тех, кто вместе с тобой сюда попали. Одежда не свалялась еще и почти не заляпана последствиями кровавых трапез. Перспективная дамочка, за неполный день из пустышей до бегуна доросла.
– Если что говоришь, так говори так, чтобы и я понимал.
– Прости Карат, все забываю, что ты здесь первый день. Пустышами здесь называют свежих зараженных, я уже объяснял. Вон, все те, кто вокруг бродят – из таких. Споровых мешков у них нет, сами они вообще неопасные. Правда, когда дорастают до джамперов-прыгунов, могут удивить. Такие способны рывок быстрый сделать на несколько шагов, но дальше не бегают.
– Я встречал таких.
– Если их не прикончат и еды будет хватать, они вырастают в споровиков. Обычно на это дни уходят, но эта, – Шуст указал на тело. – Куда проворнее управилась, бегуном стала. Он пусть и хреновый, но все же споровик.
– Почему хреновый?"
"– Выхлопа споросов почти нет, мешок обычно пустой. Но все равно уже споровик, и обычно развивается куда медленнее чем эта. В быстро перезагружающихся кластерах твари быстрее развиваются, такое многие подмечали.
– Тот, которого ты тогда распотрошил, был споровиком? – спросил Карат уже на ходу.
– Лотерейщик?
– Ну да.
– Ага, из них, далеко не самый последний.
– Он совсем не похож на эту девку.
– Ну так он уже развитый споровик, облик начал терять человеческий, зубы меняет на новые, такими живое мясо рвать самое то. Бывает умора, когда беззубый лотерейщик попадается. То есть старые уже сбросил, а новые еще не вылезли.
– Это самые опасные споровики?
– Ага, среди споровиков круче нет. Ну а если всех брать, то детсад, есть куда покруче ребятишки. Споровики дальше могут вырастать в горошников, вот те твари так твари. На человека уже мало похожи, скорее на гориллу лысую. Кожа меняется, броня растет.