Шпилька не спешила выдавать, что один из стронгов — её крёстный, — и что внешники, вполне вероятно, ведут охоту именно на неё. А Фарт никак не мог понять, почему Шпилька настолько мало знает об Улье — на свежую она уже не была похожа. И при том, что вела себя, как опытный рейдер, понятия не имела ни о жизни стабов, ни об их количестве или взаимодействии. И этим вызывала у Фарта стойкое ощущение засланного казачка. Не муровского, эти отбросы известно как к женщинам относятся — подстилка, и точка. А вот агентом внешников она вполне могла быть.
Единственно, что смущало Фарта во всей этой стройной теории — собака. Немка весила килограмм сорок, а значит — была иммунной.
Свои подозрения Фарт, понятное дело, держал при себе. Раз Шпилька так стремится к стронгам, то пусть они с ней и разбираются. Не на базу же он её ведёт, а всего лишь к условленному месту встречи на краю Энгельса.
"Шпильку подозрения Фарта не волновали. Она, словно нацеленная стрела, стремилась достичь намеченной цели. На откровенность с курьером она идти не собиралась — хватит, с Ли уже наоткровенничалась. И получила соответствующий результат. Больше она на эти грабли не наступит.
Далеко впереди замаячили очертания чего-то, отдалённо напоминающего железнодорожный вокзал.
— Нам туда? — поинтересовалась Шпилька.
Фарт кивнул.
— За станцией будет железнодорожный мост над рекой.
— Удобное место для засады, — прищурилась Шпилька. — Одна загонная команда — на станции. Другая — за мостом. Ловушка, из которой не выбраться.
— Не-а, — мотнул головой Фарт. — На противоположном берегу — кластер с частой перезагрузкой, примерно каждые два часа. Там лес прилетает, густой, дикий. Засаду из десятка человек спрятать можно, но не технику. Но смысла нет — слишком большой риск попасть под кисляк.