Шпилька шарахнулась в сторону от одного заражённого, пригнулась, едва не попав в объятия другого, споткнулась о растянувшегося на полу третьего. На четвереньках поползла к ближайшей перегородке.
Толчок в спину придал ускорения. Шпилька, не глядя, лягнула ногой, не давая себя схватить. Обернулась — и приготовилась умереть, увидев прямо перед лицом грязные пальцы с обломанными ногтями.
Но ничего не происходило. Заражённый тянулся к ней изо всех сил, но цепь, натянувшись до предела, не позволяла ему добраться до такой желанной и вкусной добычи.
Страх отступил. Шпилька нахмурилась и быстро огляделась. Так и есть — все заражённые сидят на цепи, как псы. А она умудрилась забраться в нечто вроде мёртвой зоны, где ни один из них не может до неё дотянуться.
Передышке Шпилька обрадовалась — ей в обязательном порядке требовалось оценить только что полученную информацию.
— Будешь долго сидеть — выпущу кого покрупнее, — раздался его усиленный динамиками голос из-под потолка. — И без цепей. Напоминаю — тебе нужна дверь в противоположном конце полигона.
Сомнений в том, что он выполнит угрозу, у Шпильки почему-то не возникло. Носком ботинка она врезала под челюсть заражённому, так и тянувшемуся к её лицу, отмахнулась ножом от другого, и вскочила.
Снова бег, снова урчание со всех сторон, а зал, названный Штайном полигоном, кажется бесконечным.
"Шпилька шарахнулась от одного выскочившего наперерез заражённого, ножом пырнула другого, но не попала. Локтем отпихнула третьего, пнула четвёртого. И, ошибившись с траекторией движения, попалась пятому.
В шею сбоку вонзились зубы, брызнула кровь. Борясь с болью, Шпилька извернулась и пнула мертвяка каблуком в колено, на секунду пожалев, что на ногах у неё армейские ботинки, а не поистине убийственный «Маноло Бланик» на тонкой высокой шпильке.
— Зубы почисть, а то Мойдодыра вызову! — возмутилась Шпилька и, услышав в собственном голосе истеричные нотки, решила с шуточками завязать хотя бы до того момента, как выберется из толпы заражённых.
Заражённый заурчал и в падении вцепился Шпильке в ногу, дёрнул на себя. Шпилька пошатнулась, теряя равновесие, рухнула на пол. Сверху тут же навалилось два вонючих, давно не мытых тела.