— Выглядит дружелюбным.
Вспомнилось, как в начале года стая терипописов напала в Разломе на острохвостую виверну. Мы с группой лекарей-второкурсников стояли неподвижными болванчиками, не смея пошевелиться, и ждали хоть какого-то исхода. Потом у одного из будущих эскулапов сдали нервы, и пришлось отбиваться с помощью магии. От стаи жутковато булькающих собак, само собой, а не от студента. Правда, тот так истерил, что от него в какой-то момент тоже захотелось отбиться. Хитрая виверна сбежала.
— Погладишь? — вдруг предложил зоомаг, сунув детеныша в мою сторону.
Надеюсь, не в честь того, как он задорно хрумкает пальцы, к нему протянутые.
— Руки забыла помыть, — отшатнулась я.
— Да я его тоже неделю не купал, — уверил он.
Еле отбилась!
На улице постепенно смеркалось. Ночное светило обретало четкость, появлялись звезды. По краю дорожки в колпаках из закаленного стекла затлели фонарики. В одичалом парке, окружающем Весайд, темнота стала гуще, и тусклые огни ее почти не распугивали.
Компания на деревянных мостках, уходящих в черный, как смола, пруд, оказалась разношерстной: драконы с боевого, парни со стихийного факультета, несколько девчонок и даже один смутно знакомый некромант с красными волосами и в ярком костюмчике в цвет шевелюры. Две соседки по этажу, поборницы тишины, живущие от нас с Оливией через стенку, сидели на краю настила, опустив ноги в воду.
Рэдвин с приятелями купался. Собственно, я поняла, что он уже вовсю плещется, еще по дороге, когда символ на руке перестал ярко светиться и побледнел.
— Воттер, ты что здесь делаешь? — воскликнул Исайя Голлейн, поспешно затыкая пробкой маленький темный бутылек с подозрительным зельем. — Тебя тоже позвали?
— Вроде того, — сухо отозвалась я, чувствуя себя поистине незваной гостьей на чужом празднике с самопальными пьянящими зельями.
Студенты с лекарского часто варили подозрительные снадобья на травах, собранных в Разломе, и тишком продавали за небольшие деньги.
— Она пришла к Даррелу, — с ехидцей поглядывая в мою сторону, пояснили соседки по этажу.
Народ расслабился. Я приблизилась к краю мостков и, сложив руки на груди, начала дожидаться, когда Рэдвин заметит мое появление.