– Что?
– Я вовсе не грубиян, просто сильно нервничаю в самолете, теряю над собой контроль, – признался Валерий. – Ругаюсь от перевозбуждения. Ничего поделать не могу.
– Забавно, – хмыкнула я, – интересная реакция на стресс. А когда вас вызывает высокое начальство, вы на него тоже визжите от того, что боитесь шефа? Нет? Значит, умеете управлять собой. Тот, кто вопит на человека, который не имеет права ему ответить, омерзителен. Но я-то не бортпроводница, поэтому могу сказать: оставьте меня в покое, я не общаюсь со скандалистами.
– А вы с характером, люблю таких женщин! Давайте выпьем вместе кофе после посадки? Я могу вас в ВИП-зал аэропорта провести, – похвастался грубиян.
И тут очень вовремя появилась бортпроводница:
– Вот капельки.
– Мила, – окликнула я соседку, – выпейте лекарство.
Та не издала ни звука.
Я осторожно потянула за край пледа, в который она закуталась с макушкой.
– Не бойтесь, самолет спокойно летит. Вам станет легче от микстуры.
Одеяло свалилось пассажирке на колени, я увидела часть щеки и небольшой, замазанный корректором шрам на скуле.
– Ей плохо? – занервничала стюардесса.
– Ну-ка, пустите, – велел грубиян, – я врач.
Я немедленно встала, Валерий склонился над Милой, потрогал ее шею, выпрямился и сказал:
– Только не орите, всех пассажиров перепугаете. Она умерла.
Глава 2
Бортпроводница, не сказав ни слова, убежала.
– Только не вопи, – быстро предупредил Валерий.
– Я не собиралась кричать, – ответила я.
– Да, – без колебаний подтвердил сосед.
– Добрый вечер, – произнес стройный мужчина, вышедший из-за занавески, отделявшей бизнес-салон от кабины пилотов. – Я Алексей Макаров. Что тут случилось?
– У вас в самолете труп, – понизив голос, сообщил Валерий.
– Ммм, – протянул летчик. – Это точно?
Валерий открыл багажное отделение, достал оттуда сумку, вытащил из нее визитку и протянул Макарову.