Панорамное окно позволяет понять, что снаружи уже стемнело и на яхте включается сюрреалистичная подсветка. Неоновые огни мелькают в темноте, сменяя различные режимы освещения. А в спальне только мягкий полумрак.
Не хочу будить Руслана, но очень сложно удержаться от того, чтобы не потереться щекой о его щетинистую щеку. Подаюсь вперед, чувствуя, как слегка корябает кожу. Вдыхаю мускусный аромат и невольно улыбаюсь, прижимаюсь к нему теснее. Моя грудь касается его груди, а ладонь накрывает плечо.
– Любишь ты меня доводить, – хриплый голос обжигает.
В следующую же секунду оказываюсь на спине. Руслан нависает надо мной, разглядывает мое лицо.
– Я думала, ты спишь.
От горящего взгляда в горле пересыхает.
– Я ждал, когда ты проснешься.
Его глаза сужаются, исследуют каждую мою черту. Каждый изгиб. От такого пристального внимания даже кожу начинает покалывать.
– Я пока не готова, – роняю тихо.
Внизу живота тянет и саднит после всего, что мы сегодня вытворяли. Аппетиты у Руслана абсолютно животные.
– Знаю, – говорит он.
Его губы мягко накрывают мои. Язык проникает внутрь, скользит по моему языку. Нежно. Жарко. И когда поцелуй прерывается, из моего горла вылетает сдавленный стон.
Нужно еще. Больше. Мне просто необходимо чувствовать его. Всего. Сама не замечаю, как успела обхватить массивные плечи, пока мы целовались.
– Подожди, – заявляет Руслан. – Я сейчас.
Он поднимается с постели, выходит из комнаты.
Яхта легко и уверенно рассекает волны. Повсюду мерцают яркие огни. Особенно эффектно выглядит бассейн. Бирюзовая вода манит. Цвет настолько насыщенный словно картинку перед глазами пропустили через фоторедактор.
Смущение затапливает, когда в сознании мелькают кадры того, чем мы занимались в бассейне среди бела дня.
Наверное, было бы неплохо просто поплавать.
Оборачиваюсь, услышав знакомые шаги.
Руслан заходит в комнату. Его полувозбужденный член покачивается между мускулистыми бедрами, заставляя меня краснеть сильнее.
Быстро отвожу глаза в сторону, но Руслан ловит мой взгляд и усмехается.
Он совершенно не стесняется своей наготы. Он вообще ничего и никогда не стесняется.
Ласки у него бесстыжие. Прикосновения до сих пор огнем горят на моей коже.