— Не говори им, — приказала я, поднимаясь.
— Но…
— Я предупреждаю тебя, Нэнна. Если ты кому-нибудь проговоришь про Мирэйо, я тебя уничтожу. Ты поняла меня?
— Д-да, — сглотнув, пробормотала та и быстро закивала.
— Отлично. И еще… В твоих услугах я больше не нуждаюсь.
— Что? Но как же…
Светлые глаза наполнились слезами, а губы задрожали.
Нэнну и так сложно было назвать симпатичной, а сейчас она стала страшненькой.
Конечно, мне было её жалко, но тут надо было действовать жестко.
— Ты получишь выходное пособие, весьма щедрую денежную компенсацию и хорошие рекомендации, но рядом с собой я тебя видеть не хочу.
Нэнна шагнула за мной, протягивая руки.
— Алари, клянусь…
— Нет. Я тебе больше не верю. Но, если ты снова предашь меня и расскажешь о Мирэйо, то я тебя лишу и этого. Ясно?
Угрожать было сложно и неприятно, но по-другому никак.
— Да, — едва слышно произнесла девушка, опуская руки.
— Вот и отлично.
Выйдя в коридор, я несколько секунд стояла, переводя дыхание.
«Как же противно быть стервой».
Я уже почти вышла из лазарета, как заметила у самого выхода палату, дверь в которую была открыта.
Не знаю, почему я туда заглянула. Наверное, всему виной любопытство.
На больничной койке сидела хрупкая невысокая девушка с длинными волосами удивительного лилового цвета.
Почувствовав мой взгляд, она вскинула голову. Наши глаза встретились и…
Незнакомка испугалась. Даже, можно сказать, пришла в ужас.
Глаза расширились, став больше, а рот приоткрылся.
«Неужели еще одна жертва тирании Катриэль?»
Узнавать времени не было.
Я тут же ретировалась, решив не пугать незнакомку еще больше. А то еще поднимет крик.
Но вот мысль о том, что я упустила что-то важное, долго не давала мне покоя.
Вернувшись в свою комнату, я тут же попала под допрос взволнованной Люли.
Домовушка налетела на меня из-за угла и едва не сбила.
— Жива! — ахнула она, всплеснув руками. — Ой, испачкалась-то как? И костюмчик испорчен. Новенький совсем. Ну ничего, я почищу.
— Испачкалась? — переспросила я, ища взглядом зеркало и своё отражение в нём.
Ой!
И правда испачкалась.
Сажа игривыми мазками легла на щеки, пара пятен досталась лбу. Волосы украшали крохотные хлопья пепла.
— Мда, не красавица, — усмехнулась я, внезапно поняв, что такая Катриэль мне нравилась намного больше.
Лоск и эльфийская красота исчезли, делая лицо мягче. Я стала ближе к тому облику, к которому привыкла на Земле.
— Не правда, красавица.