Глянула на Устина и нахмурилась. Оставить милую девочку на отца, который бросает дочь и уходит в закат?
Не дождётся!
Мало того, нам и без него прекрасно жилось.
Да, я не обладаю магией, но потихоньку бы справилась и с ремонтом, и с огородом, да и окрестности бы обошла. И от гнуса этого магического научилась бы отбиваться. Ради дочки!
Я поднялась и отряхнула колени. Платье на мне ужасное, всё в пятнах и с разрезами. Не хотелось бы в таком наряде перед мужчиной появиться...
Стоп. Это не мужчина.
Чтобы было чем оперировать в серьёзном разговоре с этим. перебежчиком!
— Поможешь мне в огороде? — с улыбкой предложила девочке.
— Пошли скорее! — воссияло это неугомонное и неутомимое сокровище.
Я отметила, что она не очень переживает за отца, но снова осадила себя, запретив пока делать выводы.
Я повела крошку к выходу, но остановилась.
Закрыв глаза, прошептала:
— Святые пингвинята.
Посмотрела на девочку и подтолкнула к выходу:
— Иди, пока возьми поющие культяпки, а я скоро.
Развернувшись, вернулась к мужчине и, подхватив его за плечи, поволокла к куче сена. Уложив, вытерла со лба пот и проворчала:
— Где бы ни летал этот кукух, питался явно не картошкой фри! Жаль, не умею игнорировать призывы совести к первой медицинской помощи.
Отвязала с шеи платок, который надевала на огороде. Платком это было назвать трудно,
— просто треугольный лоскут, — но выбора не было. Намочив его в кувшине с водой, которую приготовила на случай, если ночью захочется пить, приложила к шишке. Отряхнув руки, с чувством выполненного долга вышла в залитый солнцем двор.
Анита уже копалась на небольшом огороженном участке. Девочка помахала мне маленькой культяпкой.
А сгибал их рыцарь... Под моим чутким руководством.
Он точно заслужил себе новый гроб! Или хотя бы заглушку на место, где должна быть голова, а то каждый вечер приходится вынимать из него мусор.