— Знаешь, после того, как герцог мне всё рассказал, я подумала, что мир рухнул, все мои надежды на счастье испарились бесследно, а о моей влюбленности можно забыть. А как же иначе? Ведь после того, что я наговорила ему, ни о каких доверительных отношениях не может быть и речи. Я всё погубила, хотя и не помню этого.
Гвен непонимающе смотрела на меня.
— Вот именно, да! Но почему ты спокойна и даже…довольна?? Ты меня пугаешь. С тобой что-то не так, давай позовём доктора…
— Подожди, Гвендолин, я объясню. Когда я осознала, что я со всеми моими надеждами и чаяниями нахожусь на самом дне пропасти, мне стало внезапно легче.
Теперь Гвен смотрела на меня с некоторым страхом, но больше с уважением.
— Шарлотта, я даже не думала в таком ключе…Ты меня очень удивляешь…
Она посидела с минуту, шевеля губами, словно проговаривала мои слова про себя, потом привычно утвердительно мотнула головой.
— Да, дорогая, ты права. У вас всё еще может быть хорошо. Но скажи, ты уверена, в том, в чем сомневается он? Прости, я не могу не спросить.
Я отошла к окну и поразмышляла над тем, как лучше ответить, чтобы соврать ей как можно меньше.
— Гвен, я почувствовала, что действительно могла сказать так. Считай, что я вспомнила. Но не явно, а как сон.
— Ну, тогда можно и правда не беспокоиться. Возможно, все эти потрясения подействовали на тебя и ты оценила его иначе. А в том, что ты заново завоюешь его — я не сомневаюсь. Да ты любого сможешь очаровать! — рассмеялась она, совершенно успокоившись.
В этот момент вошла Агата, неся в руке свиток. Печать я узнала сразу. Письмо было от герцога. Сердце снова предательски сладко замерло.
— Леди Шарлотта, прискакал гонец от герцога Корнуолла. Вам послание.
Мы с Гвендолин переглянулись.
— Наверное он написал письмо с дороги, — прошептала Гвен, — так быстро добраться он не смог бы. Ишь ты, не утерпел. Вскрывай же его скорей!
Меня не нужно было долго упрашивать.