Лисса Кристалл кивнула:
– Да, а что?
– Это не самый благополучный район.
Через несколько минут мы ехали по ухабистому асфальту длинной прямой дороги, вдоль которой выстроились пустые магазины и дома с облупившейся краской. В палисадниках кое-где громоздились старые автомобильные шины, стены были изрисованы причудливыми каракулями. У людей своеобразные представления о красоте.
У Лиссы снова зазвонил телефон, и она сдавленным голосом назвала водителю адрес на Ист-Вашингтон-Роуд. Уже смеркалось, когда мы остановились на асфальтированной парковке перед одноэтажным розовым домом с плоской крышей.
– Могу лишь надеяться, что ужин здесь придётся вам по вкусу. – Водитель посмотрел на нас странным взглядом. – Может, всё-таки отвезти вас в другое место?
– Нет, – непривычно резко оборвала его мисс Кристалл. Наверное, она тоже нервничала. Она расплатилась с водителем, мы вышли, и такси умчалось прочь.
Мне вдруг стало холодно, хотя южное солнце обжигало кожу и на мне была слишком тёплая для этого климата куртка.
– Идём, – мрачно позвала меня Лисса Кристалл. Она отправила Дэвиду Джонсону и Бриджеру эсэмэску, сообщив, где мы, но оба находились за сотни миль отсюда.
И мы вдвоём двинулись к странному ресторану.
Смертельные противники
По пути к зданию у меня в голове вертелось лишь одно: фактор икс, фактор икс. Рикберт был прав: я должен был предусмотреть, что что-то пойдёт не по плану.
Когда мы приблизились к зданию, я почуял запах табачного дыма, хотя никого не было видно.
– Подождите здесь, хорошо? – попросил я Лиссу Кристалл, бесшумно приблизился и заглянул за угол ресторана. Ага, один из поваров устроил перекур, оставив открытой заднюю дверь. Повар затоптал окурок и снова вошёл внутрь. Я дождался, когда дверь за ним почти закроется, метнулся следом и, прежде чем она захлопнулась, вставил камешек.
"Времени осмотреть ресторан изнутри у меня не осталось. Посетителей было немного, и по фотографиям и телевикторине я сразу узнал женщину, из-за которой мы сюда пришли. Ребекка Янгблад сидела одна в обтянутой красным кожзаменителем нише и смотрела на нас. Её миловидное личико в форме сердечка обрамляла грива золотистых волос, а ротик напоминал бутон розы.