– Если хотите, я вам заодно и второе послание расшифрую, – предложил Мануэль, но я, воскликнув: «Нет!», выхватил второй листок у него из рук. Наши латиноамериканские друзья уставились на меня, удивлённые моей резкой реакцией, и я заставил себя улыбнуться.
– Понимаешь, нам хочется самим порасшифровывать – в этом ведь весь смысл, – выкрутился я. Не знаю, купился ли на это Мануэль: он явно был неглуп. – Но всё равно огромное спасибо.
Теперь нам хотелось лишь одного: как можно скорее отделаться от гостей, чтобы прочесть второе послание.
– Поверить не могу! – выдохнул Генри. – Фрэнки в самом деле нашёл способ связаться с нами! Можем сказать Дориану, что ему больше незачем проверять газеты.
Вскоре мы расшифровали и второе послание, и я был очень-очень рад, что мы не поручили это Мануэлю.
ПРЕСТУПНИК НЕ ЗНАЕТ, КТО Я. РАБОТАЮ НА НЕГО В НОВОМ ОРЛЕАНЕ.
ПОПЫТАЮСЬ ЗАВТРА СБЕЖАТЬ.
– Как Фрэнки угодил в Новый Орлеан? – гадала Холли. – Это же ужасно далеко! Почти так же далеко, как до Южного полюса, разве нет?
Я криво усмехнулся. В географии она была не сильна.
– Ну да, почти. Как вы считаете, преступником он называет Миллинга? Как такое возможно, чтобы Фрэнки на него работал?! Это не лезет ни в какие ворота!
Никто из нас даже предположить не мог, как такое могло произойти. Мы быстро составили ответ: «Как это получилось и чем мы можем тебе помочь?», зашифровали его тем же способом – что оказалось не так уж просто! – и отправили его на адрес фитнес-клуба, с которого пришло сообщение от Фрэнки.
Обессилев от волнения, мы валялись в комнате Генри и Фрэнки и обсуждали, как Фрэнки мог оказаться в Новом Орлеане, как вдруг в дверь постучали. Мы вздрогнули. Кинг с Мануэлем вернулись? Или это кто-то из учителей? Или один из волков? А вдруг кто-то подслушивал за дверью, что за секретные вещи мы тут обсуждаем? Проклятье, и почему мы не поставили никого на шухере у двери?! Хотя это привлекло бы к нам ещё больше внимания.
– Э-э-э, войдите! – крикнул сбитый с толку Генри.
Я вздохнул с облегчением, увидев, что в дверь заглянула Лу. С некоторым смущением она откинула назад длинные тёмно-каштановые волосы и посмотрела на меня.