Следом за мной бежали, звеня побрякушками и шелестя драгоценными тканями, Вейра, Диора и Сирин.
Император. Увидев его разгневанное лицо, я опомнилась и взяла себя в лапы, опустилась перед ним на колено. Осколки камней впились в ногу. До меня доносилось хриплое, болезненное дыхание Элора. Чувствовала: он смотрел на меня. Знала: хотел, чтобы я подошла.
Вейра, Диора и Сирин перед императором замедлили шаг, опустили головы. Сообразили, что им может влететь.
– Отчитывайся, Халэнн, – процедил император Карит.
– Ваше величество, соректор Дегон отменил запрет принца Элоранарра на посещение Академии леди Вейрой, леди Диорой и леди Сирин.
Преклонившийся Дегон, слушая меня, щурил глаза. Наверняка внёс меня в список своих врагов.
– …он отказался от диалога и отказывался заниматься делами Академии, даже когда на территории произошла кража, о которой я сообщил в запросе на вызов следователей…
Император отмахнулся от меня, и я умолкла.
– Надо срочно телепортировать Элора к родовому артефакту! – беспокойство, прозвеневшее в голосе Линарэна, заставило моё сердце сжаться.
Я боялась повернуть голову и снова увидеть Элора таким беспомощным, уязвимым. Боялась поймать его не отпускавший меня взгляд.
Пространство разорвалось с громким хлопком.
Элора телепортировали.
Под лапами Дегона заскрипели камни. Поднятый крыльями ветер ударил меня в бок, взметнул волосы. Я поднялась, но почти не чувствовала ног. Пока Дегон в драконьем облике перебирался через стену Академии, меня окружили Вейра, Сирин и Диора. Болезненная бледность их лиц, перепуганные глаза – ничто это не смягчило закипавшей ярости, и я снова стискивала кулаки, прилагала все силы, чтобы их сейчас не ударить.
От гнева я не понимала, что они мне говорят, чего требуют.
Эти трое переместились следом. Опять смотрели на меня испуганно, требовательно.
– Что с Элором? – Вейра высказалась за всех, Диора и Сирин держались за неё, мяли рукава её золотого платья.
А я всё сильнее хотела их троих убить. Отступила на шаг.