– Меня вызвали как наследника… – в глазах вскинувшего голову принца Арендара полыхнуло плавленное золото радужек.
Темноволосый, статный, в этом сумрачном лесу он выглядел даже величественно. И очень упрямо. У меня заложило уши – значит, Элор накрыл нас куполом против подслушивания.
– В Академию, живо! – прорычал он глухо и требовательно.
– Я уже взрослый! – у принца Арендара раздулись ноздри, он резче запахл острыми жгучими пряностями. – И я наследник, и…
– Если ты погибнешь, меня, отца и Лина убьют, – тихо произнёс Элор.
"Слева расступились маги, в образовавшемся проходе собственной персоной появился Вальран: высокий, статный, с белыми, как у короля и озаранского принца волосами, но более ширококостный.
Ноздри принца Арендара раздулись сильнее, в тёмных кудрях сверкнули искры. Он ступил вперёд, выпячивая грудь и пытаясь казаться выше Элора. Даже вне драконьей формы они вели себя, как драконы.
Вальран остановился метрах в пяти от нас и насмешливо наблюдал за происходящим, а мне совсем не нравилось, что вокруг нас только голубые и синие мундиры озаранцев, и что мы в какой-то глуши.
– Я могу за себя постоять, – грозно уверил принц Арендар.
– Нашей смерти хочешь? – повторил Элор, наступая на него, но в его рыжих волосах не сверкали искры, и в целом внешне он выглядел увереннее, твёрже. Разница в возрасте чувствовалась.
И принц Арендар опустил плечи, выдавил:
– Нет.
– Тогда телепортируйся в Академию и молись Великому дракону, чтобы в этот раз избранная у тебя появилась, – велел Элор.
Так лихо перекидывать окружающих, как ледяной Элемарр, он не мог, и ему пришлось ждать, когда недовольный принц Арендар окутает себя пламенем телепортационного заклинания. Несколько мгновений – и он исчез.
Пусть и не подала вида, но выдохнула с облегчением: похоже, это действительно нападение культа Бездны, а не ловушка для Аранских.
– Ты тоже уходи, – Элор пригладил волосы пальцами с отросшими драконьими когтями. – Здесь не место молодняку.
Похоже, заклинание защиты от подслушивания он накинул и на озаранского принца, стоявшего слишком близко к нашему наследнику.
На лице принца Сарана не дрогнул ни единый мускул, лишь в показательно безразличном голосе звучала обречённость:
– Я не могу. Отец велел участвовать.
Элор бросил на него сочувственный взгляд:
– Глупо.