Смотрела пристально-пристально, уши с золотыми кисточками навострив, словно знала о моих недавних мыслях. И ментальный фон у неё такой… не слишком добрый.
Надо осторожнее при ней с мыслями и желаниями.
– Ты ему руку сломала… сломал, чтобы он не брал? – с опаской уточнила Валерия.
Я посмотрела на неё. Она в своём уме? Вокруг четыре охранника-гвардейца, а она ко мне как к женщине!
Взгляд её ядовитой твари заставляет меня быстро подавить гнев:
– Многие об этом спрашивают, но я просто сказал: «Мои перья не брать» и этого было достаточно.
Это ответ даже не для неё, а для гвардейцев. Они хоть и сидят с каменными лицами и вроде не слушают, но те ещё сплетники.
– Ментальный дар? – задумчиво протянула Валерия. – Вроде у драконов его нет.
Она что, даже не удосужилась почитать информацию о моём роде? Спросить? Как так можно?
– Среди подданных империи больше нет, я последний в роду менталистов и то без способностей.
Хотя думаю, можно считать, что и совсем нет: в озаранском роду Горган менталисты не рождались уже третье поколение, вряд ли стоило ожидать от них рождения драконов именно с таким редким даром.
– Прости, не хотела напоминать, – искренне извиняясь, потупилась Валерия.
Очень эмоциональная и искренняя девушка – очень непривычно. Неуютно
– Скоро шестнадцать лет будет, как их убили, я привык.
Она вдруг оживилась:"
"– А ты… твоя семья случайно не при дворе служила?
– Охрана императорской семьи.
Сирины – сломанный щит Аранских.
Молчащая Валерия ёрзала на месте, её тварь смотрела на меня сквозь прищур, а мимо всё ехали экипажи, шли горожане, и гвардейцы настороженно за всеми следили.
– А ты не дума-л, что, может быть, это как-то связано с… – взволнованно заговорила Валерия.
Вот только об этом не хватало нам на улице среди гвардейцев рассуждать.
– Не имеет значения, что я думаю. – Я отвернулась от Валерии. – Следствие провели, виновный казнён, позорная страница истории вырвана из летописей.
И голос не дрогнул, хотя я… меня всё же задевало, что Аранские и для гибели моей семьи заготовили такую вот легенду, как и для других семей потенциальных избранных, ведь не могли же золотые на всю страну заявить, что бессильны были стольких защитить. Слухи, правда, просочились, но…
Обсуждать я это не хотела, не с ней, но Валерия… ей, конечно, было любопытно:
– Позорная?
Глупая, импульсивная, наивная… девчонка. Ребёнок почти.