Я-то добровольно не откажусь от Элора, но что если его непонятные интриги получатся, и он сможет добиться этого силой?
– Не знаю, о чём ты думаешь, но хочу напомнить, что я желаю тебе добра.
Для того, чтобы рассорить меня с Элором, достаточно подкинуть информацию о моём женском поле.
Или это для Дариона слишком рискованно, вдруг четвёртой любовницей стану?
Или я слишком зацикливаюсь на наших отношениях, и планы Дариона шире?
Слишком много вопросов, слишком много непонятного, неоднозначного.
У меня заныли виски.
– Ладно, мне надо идти. – Я оглядела усыпанный обрывками пол, диван. Обратила, наконец, внимание: на самом Дарионе бумажек не было, значит, он прикрылся от меня щитом.
– Ри…
– Мне пора… – В следующую секунду моё запястье согрела метка Элора. – Действительно пора.
Я развернулась. Когда переступила порог, Дарион сказал в спину:
– Что бы ни случилась, какими бы странными ни казались мои поступки, помни: я люблю тебя и стараюсь действовать тебе во благо.
Метка тянула меня к Элору, подгоняла, и я ничего не ответила, хотя это было жестоко и неправильно.
Так что я шла по аллее Академии среди зажигающихся светильников только потому, что когда-то Дарион спрятал меня от убийц.
Миновав основной корпус и невольно вспугнув группку студентов, я вышла на мгновенно расчистившуюся центральную площадь Академии. Вверху зашелестели крылья, Элор приземлился прямо передо мной, звякнув мешочком и обдав меня потоками ветра со сладостным ароматом корицы.
– Что-то случилось? – спросил он мягко, не убирая крылья. Шире распахивая их, вытягивая вверх, будто красуясь.
И так вдруг захотелось поделиться с ним всем, спросить совета, что делать и как понимать Дариона, вместе обдумать возможные варианты – как мы делали это со служебными делами. Чтобы Элор оценил происходящее свежим взглядом и растолковал мне это всё. Может, тогда бы и дурное предчувствие пропало.
– Нет, – солгала я. – Просто задумался над делами вассалов. Они подрались, чтобы определить, кто возьмёт мой новый участок в аренду.