После напряжения дыхания опять не хватало, и я хватала ртом воздух – тяжело, хрипло.
– Халэнн, – голос Элора чуть прояснился. – Успокойся, у меня просто немного закончилась магия, мне не стоило второй раз телепортироваться…
– Телепортироваться? – бессильно прорычала я, оглядывая его чёрный бархатный халат. – Куда ты телепортировался, Бездна тебя побери?! Ты должен сидеть дома и ждать лечения!
– Арен позвал, – Элор болезненно улыбнулся. – Кровью позвал. Именно меня…
Я поймала его мутный взгляд. Чему этот идиот радуется? Тому, что глупый мальчишка, которого он обманул уверениями в своём отличном состоянии, чуть его не угробил?
– Он девушку защищал.
У меня шире распахнулись глаза, на мгновение все прочие мысли и переживания отступили на второй план: если у принца Арендара появилась значимая девушка… это же… она может оказаться избранной! И тогда Аранские подтвердят право на престол, и тогда…
– И это не какая-то там Изольда, – хрипло рассмеялся Элор.
Взгляд его оставался мутным, вид – болезненным. Я обхватила его ладонь, собираясь разомкнуть объятия и бежать за помощью, но поняла, что кожа Элора больше не такая горячая. Дыхание у него постепенно выравнивалось.
Похоже, лекарство действовало.
И если Элор к принцу Арендару правда телепортировался по зову крови, магии на это требовалось не так много, как на полноценную телепортацию. Но вот обратная самостоятельная телепортация…
– Ты идиот, – прошептала я.
– Знаю.
– Гордый идиот, – голос дрогнул.
– Да, бывает и такое, – Элор обнял меня нежнее и удобнее устроил голову на коленях. – Почитай мне. Только мне.
Сердце сжалось, всё внутри сжалось до боли, даже не вдохнуть. Слёзы выжигали глаза.
– Или спой что-нибудь… – Элор напрягся, стиснул зубы, по его телу пробежала судорога, ещё одна.
– Элор…
– Всё в порядке, всё в порядке, – торопливо солгал он, вдыхая и выдыхая. Он судорожно вцепился в меня.
Внутри у меня всё леденело, закручивалось в тяжёлый ком. В висках стучало, голову будто сжимало обручем:
– Ты уверен, что Линарэн и Велларр не помогут?
– Уверен, – на этот раз Элор сказал чистую правду, но от неё стало совсем невозможно дышать.
С трудом сглотнув, я прошептала:
– Хорошо. Сейчас я принесу какую-нибудь книгу.