Трубка выпала из рук Вентуры на пол. Он с трудом поднял телефон и приложил к уху:
— Алекс, где? Где она? Живая? Не молчи, б…ть!
Руки тряслись. Просто ходили ходуном. Сердце заполошно билось, отдаваясь в висках.
Распутин понимал, что Босс на грани:
— Живая. Выезжаем утром, это далеко. Вам, Олег Викторович, надо выспаться. Слышу по голосу, что вы нетрезвы.
— Конечно. Да, выпил немного. Всё ок. Буду утром как огурчик.
Вентура едва сдержал стон. Закрыл глаза и, взяв себя в руки, прошептал севшим голосом:
— Алекс, спасибо.
— Да не за что, босс. Премии будет вполне достаточно, — Распутина не так просто было смутить сентиментальными порывами.
Когда в трубке раздались гудки, Вентура закрыл лицо руками и заплакал. Свидетелем мужской слабости были заряженный пистолет на прикроватной тумбочке, пустая бутылка из-под виски и бардак в квартире, отражающий хаос и отчаяние внутри этого сильного человека…
Его жизнь опять спасла Василиса…
***
Утром Вентура долго стоял под холодным душем, пытаясь смыть с себя кошмар минувшей ночи.
Полковник не боялся умереть. Он, скорее, боялся жить. Жить без Василисы.
Боялся больше никогда не услышать её голоса, не увидеть серых, подёрнутых дымкой таинственности, глаз, не почувствовать сладких губ.
«А вдруг она не поверит. Не простит. Не вернётся к нему?»
Вентура понимал, что виноват перед Василисой. Если бы он не играл с Алиной в благородство и мягкосердечность, то ничего бы не произошло. Она бы не посмела даже приблизиться к ним. Но что случилось, то случилось. И теперь в очередной раз надо разгребать свои косяки."
"Полковник заставил себя позавтракать, хотя желудок отказывался принимать пищу, особенно после ночных возлияний.
Позвонил домработнице, предупредил, что уезжает на неопределённое время. Готовить не нужно, но в квартире необходимо сделать уборку. Генеральную.
В машине сидели Самойлов, Распутин и Волков.
— Вас не много, мужики? — Вентура не ожидал увидеть компанию в полном составе.
— В самый раз. Там, куда едем, лучше иметь рядом надёжное плечо, — серьёзно ответил Костя.