Кто люлей схлопотал от барышни, а кто великое спасение — каждому своё.
Правда, подъехать к ней непросто. Живёт одна в четырёхкомнатной избе на десятом этаже. Территория охраняемая, элитный дом. Есть личный охранник, он же — водитель, отгоняет жаждущих пообщаться.
Офиса нет. Клиентов берёт лишь по рекомендации и то не всех.
Да ещё поговаривают, что кто-то из криминала за девой приглядывает, дабы не обидели. Но тут не могу ручаться, может и домыслы.
Олег смотрел на друга с интересом и ловил каждое слово.
— Заинтриговал, чёрт лохматый. И что она — придёт, пальцем покажет на тех, кто воду мутит, получит гонорар и была такова?
Сомнения всё же присутствовали. Не верил Вернура во всякие мистические штуки. Жизнь показывала, что за такими «фокусами» весьма прошаренные мошенники стоят, способные перекачать ваши деньги себе в карман, даже не прикасаясь к ним.
Принесли заказ. Мужчины занялись едой.
— Не, тут всё интереснее. Василиса Андреевна собой хороша, но до одиозности неприступна.
Устраивается в компанию на работу бухгалтером, экономистом, секретарём, переводчицей. Кстати, три языка знает, — он поднял вилку, демонстрируя весомость сего факта. — И начинает клубочек распутывать. Никто не видит и не слышит, как она это делает, но через пару недель на стол заказчика ложится папочка со всеми раскладами: фактами, копиями документов, иногда и фотографиями.
Самая хрень, которую можно сделать — это руки протянуть к телу барышни. Да, не заметить такую трудно. Мужики вокруг вьются, но ни с чем остаются.
И если кто грабли сильно распускает, то остается и без граблей, и без работы, и без башни. То есть башня-то на месте, но мозгов в ней немного — ибо крышу унесло далеко и надолго.
В общем, дерзай, сокол, если готов — адрес и номерок я тебе добуду, а там уж сам. Меня не упоминай, не знаком с девицей, но как козырь в рукаве держу — вдруг пригодится и придётся обратиться за помощью.
Полковник провёл рукой по коротко стриженой голове:
— Добро. Попробую уболтать это «секретное оружие» против своих крыс. Василиса говоришь? Ну, ну. Эх, жалко, что я не Иван.