Денис выкурил сигарету и заварил еще кофе. Прислушался к себе: пульс успокоился и отсчитывал теперь ровно и мерно, как бабушкины часы с кукушкой. Или как «Константин Вашерон».
Ничего страшного не произошло. Курбатов явно не в курсе, что отпечаток на пистолете уже другой и карточка отпечатка тоже новая. Он просто не в курсе.
Наверное, ждет, что Денис сейчас начнет суетиться и приползет к нему, испрашивая высочайших милостей. В обмен, конечно, на… Как это Танька сказала – «определенного рода услуги»? Денису стало смешно.
По дороге с работы он завернул в гастроном, долго стоял перед винным прилавком, перебирая глазами этикетки на бутылках. Купить хорошего вина, зайти к Вере, посидеть у нее часик-другой, или даже остаться на всю ночь – эх, звучит заманчиво. Как-никак целую неделю не виделись. Он попытался представить, чем она сейчас занимается.
Он поставил в корзину бутылку «Шабли», которую вертел в руках, расплатился и вышел на улицу. Рядом с остановкой был таксофон. Денис вставил карточку в автомат и набрал первые цифры ее номера.
– Это Холмс. У меня есть новости.
Он в двух словах рассказал о Коленьке Вышинце и его любопытных историях.
– Что-то нечисто с этим стволом? – насторожился Белов.
– Там полный порядок. Но они об этом не знают. Курбатов думает, что я на крючке. И он явно чего-то хочет. Если не от меня, так от Конторы.
– Даже так?
– Он по мелочи не играет. Слишком любит себя.
Белов помолчал.
– Ладно, проверим, что он за игрок. Пока ничего не предпринимай, в переговоры не вступай. Я сам тебя найду.
* * *Белов перезвонил через два дня. «Ничего не бойся. Твой Курбатов сам по уши в дерьме. Если начнет давить, спроси у него, как он вылетел из Воронежской облпрокуратуры. Этого будет достаточно», – сказал он и положил трубку.
Глава четырнадцатая
Взрывчатка и ножи
На Чегете ярко светило солнце, так что даже легкий морозец не чувствовался.