Внутри шахты горел свет: не сказать, чтобы яркий, но фонарики-артефакты на касках рудокопов, которыми заменили масляные лампы, существенно облегчали работу."
"Со временем и я привык к этим непростым условиям труда: и вот уже не хуже остальных сбегал по скользким ступеням и даже набил неплохой опыт в работе с инструментом.
Зачем я это делал? Рабочих рук, сильных, терпеливых, привыкших к тяжёлому труду и сложным условиям, в первое время не хватало катастрофически. И вот я вместе с подданными, в защитной каске на голове, усердно стучу киркой по огромной каменной глыбе, внутри которой, словно в шкатулке, скрыты столь дорогие для нас сокровища.
Несмотря на всю тягость, шахта словно сжалилась над трудягами: то ли магия пробудилась от назойливых звуков кирок, то ли судьба наконец-то улыбнулась моему королевству: руда попадалась практически чистой, без каменной примеси и пыли. При каждой такой находке я удовлетворённо кивал, рабочие задорно свистели, радостно приплясывая: каждой такой удаче мы радовались и благодарили Высшие силы за благосклонность.
Щедрые дары подземных катакомб привлекли дополнительных трудяг из соседних городов и деревень: и вот уже с десяток новых рабочих под присмотром старичков уверенно находили свое первое серебро.
И теперь практически полностью отпала необходимость в моём постоянном присутствии на шахте. Назначил трёх главных и управляющего над ними, но иногда, я всё же находил время и приходил помахать киркой.
Дел в королевстве прибавилось, что не могло не радовать.
Ох уж и залипательный это процесс! Пара секунд – и круглые заготовки со звоном высыпаются, маняще поблескивая на свету. Монетки выливаются из специальной артефактной машины, словно вода под напором. Батареи для неё починил и зарядил помолодевший и воспрянувший духом лорд Рэнли.
Работа монетного двора требовала особенного внимания и королевского контроля.
Серебрушки с моим профилем не только дали новые рабочие места многим подданным, но и яркую надежду мне на скорейшее возрождение королевства.
Кроме всего прочего мой небольшой заводик по производству ирисок выпустил первую крупную партию неземного лакомства, и она уже разлетелась как горячие пирожки по прилавкам кондитерских и торговым палаткам столичного рынка.