Уж себе-то я могу не только говорить правду, но и признаваться в ней: мне не нравилось, что какая-то посторонняя нойлен использует детородный от… орган моего супруга в своих целях! Это мой муж! Он принадлежит мне всеми своими частями. Страшно они большие или нестрашно, нечего тянуть к ним руки! А также совать язык и то, что в приличном обществе не называют, но в наличии оно имеется только у женщин!
Края письма, там, где они соприкасались с пальцами, стали приобретать характерный желтовато-коричневатый оттенок, и я выдохнула.
"Пламя, бушевавшее в душе, стало затихать.
«Надеюсь на скорую встречу и ещё более скорый ответ от вас, моя драгоценная супруга. В его ожидании – ваш муж Рауль».
Нет.
Пожалуй, я не буду писать прямо сейчас.
Пусть ждёт.
Ждёт и надеется.
А у меня ещё библиотека не проведана. Дворецкий не выстроен. Книги по магии не собраны. Новый взгляд на старую «Оду» не брошен. Дел ещё – делать не переделать!
Глава 27, в которой Эмилия много читает, но мало понимает
Я потёрла артефакт связи со слугами, и вскоре в спальню постучались.
– Нэйра желает отправить ответ нэрр-герцогу? – официальным тоном поинтересовался дворецкий.
– Нет. Я хочу пойти в библиотеку, – обрадовала его я.
– Но у вас же… – возмущённо начал он, но растерянно осёкся.
Я молча и с интересом его разглядывала. То, что меня и моё физическое состояние обсуждают слуги, было неприятно, но ожидаемо.
Но!
Одно дело – обсасывать косточки хозяйки на кухне, где каждый – генерал, и совсем другое – признаться в этом ей в глаза.
Дело даже не в этом.
Дело в том, что ему нужно вслух признать наличие в женском теле того самого, чего вроде как нет.