На лицо падала густая тень, дубы вздымались непривычно высокие и стройные, не дубы, а будто сосны, но ветки по-дубьи раскидывали далеко в стороны. В густой листве янтарными каплями блестели крупные, как сос-новые шишки, желуди. Было их столько, что деревья казались празднично обвешанными золотыми слит-ками.
— Ни звука, — предупредил Олег. — Я чую, попали удачно... Ты не заметил, какие там заставы?
— Заметил, — пробормотал Колоксай. — И заставы, и сторожевые башни, и конные отряды в балках... Они тоже готовы к войне.
Олег отвел взгляд. Все ждут ту самую истребительную войну, что опустошит земли, зальет кровью села и города. И только он один знает, почему этой войны все нет. Но вслух такое сказать — заплюют, затюкают. Люди же вполне люди... как и он.
— Пойдем, — сказал он негромко.
Когда шагнул в куст, Колоксай изумленно покрутил головой. Ни один сучок не треснул, ни одна ветка не шелохнулась, словно красноголовый состоял из тумана, так и протек сквозь куст как туман, подумал смятенно, что опять колдовство, ни один человек не сможет.
Трава под ногами, к счастью, шелковая, Колоксай чувствовал ее нежные стебли даже через толстую кожу сапог. Он двигался, вытянув шею как гусь, ноздри раздувались, как у голодного волка. В их сторону катились тяжелые волны запахов, Олег чувствовал, как бьют в колени, переливаются через голенища, где смешиваются с добротным мужским потом его портянок."
"На деревьях щебетали красивыми голосами яркие птицы.
— Это и есть вирий? — спросил сзади Колоксай шепотом.
— Нет, — буркнул Олег. Подумав, добавил: — Говорят, из вирия однажды упал ком небесной земли. Из него и образовалась Гиперборея, как частичка вирия на земле.
Колоксай тоже подумал, просиял:
— Тогда моя Артания — в самой середке!
— Тихо.
Деревья медленно расступались. Запахи стали свежее, резче. Впереди блеснул свет, за деревьями открылся оранжевый мир. Олег проморгал, блеск показался нестерпимым, а когда на солнце набежало облачко, рассмотрел, что дальше тянется широкая полоса золотого песка, а дальше идет чистейшее озеро. Шагов за пять от края по колено в воде три девушки, визжат как молодые поросята, брызгаются водой.
Дальний берег зеленеет чуть ли не за версту.