От дальней стороны донесся голос Сосику:
— Кажется, только я его ничем не обидел. Только учил... Но Беркут прав, нам нужно подумать над этим сообща.
С правой стены донесся недовольный голос колдуна-воина:
— Разве я такое сказал?
— Подумал, — спокойно констатировал Сосику. — И явился только потому. Страшно, да? Еще бы... В наш размеренный и понятный мир явился этот... Но раз в тысячу лет земля рождает нечто невообразимое. Однако как бы кто ни был силен, великий Род всегда оставляет щель, через которую проникнет либо лезвие ножа, либо колдовство, либо яд.
Глава 45
Светлое пятно на миг померкло, словно в своих неприступных горах Беркут собирался с силами, потом оттуда донесся его рык:
— Двух-трех? Он ими рушит горы!
— Но не сдвинет пера, — парировал Сосику. — Он был у меня учеником, я знаю. Правда, не знал, что горы.
Беркут поколебался, проворчал с неудовольстви-ем:
— Если ты все знаешь, вот и предложи. Одно вижу: никому с ним не совладать в одиночку.
Сосику сказал терпеливо:
— Это верно, хотя и странно от тебя услышать что-то верное. Во-первых, сообща мы можем придумать что-то, а во-вторых... если нас соберется трое-четверо, то даже его мощь окажется бессильной. Мы сами не сможем рушить горы, но и ему не дадим.
На стене пятно расширилось, лицо Беркута выдвинулось как барельеф, глаза выпуклые, а толстые губы задвигались как мельничьи жернова:
— Тогда предлагаю...
— Нет, — прервал Сосику неожиданно властно. — Это не пойдет.
— Ну, тогда...
— И это ошибочно.
— А если... — начал Беркут раздраженно.
Сосику кивнул:
— А вот это можно... Хакама, нам всем лучше собраться в твоей башне. По крайней мере, не предашь и не убьешь... ибо тебе этот варвар страшнее, чем любому из нас.
Она поморщилась:
— От него пахнет дохлыми лягушками!
— Да, но он знает глубинную магию, в которой несведущ даже я. Конечно, я знаю другую, более сильную, но вдруг именно глубинной можно остановить этого варвара?
Звезды в самом деле сошлись необычно.