Да, я не хочу, чтобы чужие войска прошли через мою опустошенную страну! Это моя страна!.. Но... милый мой юноша, нельзя ни войну предотвратить, ни других колдунов остановить. Ведь за каждой армией стоит могучий колдун! Ведет армию князь, но победу незримо обеспечивает колдун. Остановить его может только другой колдун...
Олег спросил жадно:
— А ты не сможешь разве?
— Одного могу, — ответил Россоха скупо. — Даже двух, ибо на родной земле стены помогают. Но против пяти или десятка кто сможет? Правда, каждый стоит за своим племенем, можно бы поодиночке, но, истощив силы против первых, я не смогу остановить войска других.
Олег вскрикнул со злостью и отчаянием:
— И опять по всем землям горящие руины?.. выжженные поля?.. Тучи воронья, что обожрались так, что уже летать не могут?
В запавших старческих глазах была насмешка.
— Если ты волхв, что тебя так беспокоит благополучие этих жалких людишек?
Олег огрызнулся:
— Плевать мне на их благосостояние, как и на них самих!.. Но других людей на свете нет. Надо этих научить жить так, чтобы стали вровень с богами. А как учить, когда они воют над трупами близких, над сожженным хлебом? А потом все их мысли будут только о том, чтобы отстроить дома, возвести новую стену вокруг места, где построят град.
Россоха пожал плечами:
— Конечно, войны умным ни к чему. Но войны начинают не короли и даже не маги.
— Знаю, — проговорил Олег с тоской, — дело рук богов... Но Перун, я верю, в самом деле был ранен. Правда, прошли годы... Неужели снова...
Россоха покачал головой:
— Раны бога войны заживают ровно в полночь того же дня.
— И никто не скажет, как предотвратить? К примеру, другие колдуны?
Колдун возразил:
— Откуда я знаю, что думают или что ведают другие колдуны? Чародеи редко встречаются. Почти не дружат. И никогда не вступают в браки. Друг с другом, естественно.
Олег отшатнулся, будто получил дубиной по лбу. В ушах зазвенело.
— Ничего не понимаю...