Не просто подтверждения моим словам о провале будущих планов компании «Эккарт» выйти на рынок артефактов, но и кое-что похлеще нашлось среди вороха сведений.
— Кораблекрушение! — ревет Розье так, что я снова вздрагиваю и пячусь назад.
Ну вот не нравится мне, когда такие большие и не обделенные физически мужчины злятся и агрессируют в моем присутствии, пусть и не я тому причина. А очки на переносице Розье придают ему не ауру хилого ботаника, а наоборот, какой-то комичный вид. Но смеяться над Майклом не хочется.
Эдвард цокает, заметив мою реакцию и заинтересованно следя за другом своего старшего брата. Он ненароком подходит ближе, его плечо задевает мое. Да так и остается. Тепло. Приятно. Это он меня так успокаивает? Мило!
Как же здорово, когда ребенок, в которого ты вкладываешь столько усилий, тянется к тебе навстречу, проявляет по-своему, как умеет заботу. У меня никогда не было своих детей, но я вдруг начала понимать чувства родителей.
А вот у нашего гостя в душе бушевали совсем другие чувства.
— Ты! Предатель! Мерзавец! Говорил, что он тебе как сын родной, да ты вообще человек? — кулак мужчины снова приземляется на лицо Уоллиса.
Кажется, Майкл узнал о готовящемся покушении на Рейнарда."
"Да, кораблекрушение ведь ни с того, ни с сего вдруг произошло. Официальной причиной называли шторм, но бога ради, у герцога столько денег, его корабль не мог быть каким-то жалким баркасом, против сил стихии выстоял бы.
Бред собачий, конечно, нет!
Я стою, и начинаю кое-что понимать.
Розье не должен был узнать о кораблекрушении до того, как оно произойдет. Никто не должен был знать кроме заговорщиков, все и спланировавших.
Изменит ли этот факт, подобно эффекту бабочки, сюжет всей истории? Теперь все планы вскрылись.
Возможно ли будет помешать этим злодеяниям? Планировались они долго и тщательно, а у нас нет даже уверенности в том, дойдет ли предупреждение до Рейнарда в срок и получит ли он его вообще.
А нужно ли вообще предупреждать Рейнарда? Стоит возникнуть этой беспощадной мысли, как мне становится тошно от самой себя.