Хаджар не понимал, как ему так повезло, что он не только не утонул в подводном течении, не разбил голову на бесконечных порогах, не расшибся насмерть в водопаде и не попал под стрелы лучников. Как он вообще сбежал из города на своих самодельных протезах.
И все же, один лишь взгляд на водоворот, который выплюнул его в этот подводный грот и становилось понятно – он умрет здесь от голода.
Значит, месть Хаджара Дюрана никогда не свершится.
Дракон смотрел на все столь же свирепый взгляд букашки. Тот не дрогнул, не растратил своей ярости даже осознав факт полной безысходности.
– Я прожил длинную жизнь, Хаджар Дюран. Я видел как строились империи. Видел как рушились вечные города. Я сражался с гениями и повергал бессмертных. Я создал техники столь сложные, что многие адепты до сих пор ломают над ними головы. И все же, Хаджар Дюран, я остался лишь небольшим пятном в мире боевых искусств.
- “Небольшим пятном?” – мысленно хмыкнул Хаджар и вызвал одну из немногих функций, на которую осталась способна его нейро-сеть.
Имя: Травес
Уровень развития:????????????????
Сила:????????????????
Ловкость:????????????????
Телосложение:????????????????
Очки энергии:????????????????
Если так выглядело “небольшое пятно” то кем были тогда все предыдущие встреченные им адепты? Кем тогда был он сам? Микробом? Пылью? Воспоминанем?
– Я прожил две жизни, – если бы у Дюрана были бы силы, он бы скорчил самодовольную ухмылку. – Так что считай, что я круче.
Все что у него осталось – глупые шутки и бравада. Да чего уж там – это все, что у него когда-либо в принципе было.
– Хаджар Дюран, заключишь ли ты со мной сделку, в результате которой, скорее всего, умрешь смертью столь страшной, что дети, слушая о тебе рассказы, будут от страха терять сознание?
– А ты доверишь свою “сделку” мне? Потому что в результате над тобой, скорее всего, будут смеяться даже идиоты.
Дракон засмеялся. Сегодня был хороший день для его смерти и началу его мести. Наконец-то…
– Подползи под мой коготь, букашка.
Хаджар не стал спорить. Захоти, эта тварь бы его уже расщепила на этому одним своим желанием. Так что Дюран, сцепив зубы, пополз. Струпья и волдыри, терзаемые каменным полом, причиняли невыносимые страдания.
Но он полз.
Стальной коготь, размером с ветряную мельницу, напоминал собой гильотину.
Но он все равно полз. К своей смерти. К своей мести."
"Десять метров стали для него личной зеленой милей.
Травес с видимым усилием приподнял коготь.