Сейчас же, качая ножками, Хаджар сидел в коридоре вместе с отцом, дядей и десятком воинов. Каждый из них был способен поднять камень весом в триста килограмм, метнуть копье едва ли на четыреста метров и разрубить мечом толстенный дуб.
Главное только, чтобы меч добротный попался.
Телесные Реки, четвертая ступень – таков был их уровень.
Раньше Хаджару казалось, что они безумно сильны. Но воспоминания о Земле меркли все сильнее, чему способствовали лекции Южного Ветра. Теперь Хаджар знал, что Небесный Солдат это не вершина развития.
Те, кто почти бессмертен. Кто может взмахов руки перевернуть моря и горы. И, что пугало и завораживало одновременно, Хаджар не знал – было ли это преувеличением или нет.
А неделю назад его и вовсе вывели на улицу. Ну, как на улицу – на балкон. С него он смог увидеть едва ли не бескрайний город и долину, простирающийся за титаническими стенами.
Подул ветер, растрепав его волнистые черные волосы.
Ветер звал его.
– Ты кого больше хочешь? Брата или сестру? – в который раз спросил отец.
Хаджар в который раз задумался. У каждого из вариантов были свои плюсы.
Хавер засмеялся и привычно растрепал волосы сыну.
– Южный Ветер говорит, что ты уже можешь сдать экзамен на чиновника, но почему-то не можешь ответить на мой вопрос.
– Он сложный, папа, – возмутился Хаджар. – Если у меня будет брат – я смогу с ним играть. А если сестра – мне будет кого оберегать. Плюс, сестра будет явно красивее брата.
– Ну не скажи, – улыбнулся король. – Если верить няне – придворные дамы и дня прожить не могут, чтобы тебя не потискать.
Хаджар едва сдержал самодовольную улыбку. По местным меркам, он рос весьма красивым юношей. Впрочем, чего еще ожидать от подобной генетики и таких родителей.
– Терпеть не могу девчонок. И вообще – зачем ты мне подарил жену? Лучше бы это был кораблик.
Король захохотал и снова растрепал волосы.
– Когда ты подрастешь, я тебя обязательно научу некоторым секретам.
– Меня учит Южный Ветер!
– О, поверь мне, такому тебя старик не научит. Боюсь, эта область одна из тех, о которых он имеет лишь теоретическое представление.
Воины едва слышно засмеялись, а Король подмигнул сыну. Хаджар сделал непонимающее лицо, чем вызвал новый приступ хохота. Благо, в нем проснулись не дюжие актерские способности. Хотя здесь сыграло то, что ему, несмотря ни на что, требовалось играть роль двухлетнего ребенка. Пусть и гениального.