В них и разума почти-то не было.
Остальные сгрудились у наспех сооруженной выгребной ямы. Им выдали пустые похлебки с корками хлеба и теперь они зыркали в сторону Хаджара. Никто из них и мечтать не мог, чтобы с ним заговорила Стефа.
– А чем тебе не угодила часть с превращением? – спросил Хаджар.
Нетрудно догадаться какую сказку он взял за основу своего “маркетинга”. Его нынешней задачей было не только как можно выгодней продать, но и как можно заметнее. Только так он мог добиться желаемого и, учитывая то, что он сегодня успел заметить – у него получилось.
Правильно говорят – умный герой в гору не пойдет, он её обойдет.
– Все как-то… печально, – Стефа взяла его под руку, но так, чтобы не касаться кожи.
Хаджар выглядел не лучшим образом – простые, короткие штаны, чтобы было видно деревянные культи. Рубаха с рукавами соотносительной длины с теми же целями. И черные покрова, намотанные на него всевозможными образами. Их он носил когда выходил из клетки. Хотя, чего уж – заставляли, чтобы не отбивать аппетит у окружающих.
– Люди, пусть и не признаются, любят печальные концовки, – пожал плечами Хаджар. – Им после этого самим легче живется – жизнь не такой тягостной кажется. Особенно если за печалью кроется надежда.
Стефа посмотрела на него несколько иначе, чем обычно.
– Ты очень складно говоришь, Хаджар.
– Наверное.
Она посадила его вдалеке от центрального костра. Там играли на музыкальных инструментах, пили, ели и веселились участники труппы.
Те немного ревновали к уродцам, потому что те, несмотря на свою многочисленность, приносили больше денег.
Хаджару выдали деревянную миску с похлебкой, в которой плавал кусок мяса. С прожилками, жирноватый, но все же – лучше чем у большинства.
В этот раз бывший принц ел медленно и с наслаждением. Если он все правильно спланировал и рассчитал, то это должен был стать его последний ужин в окружении бродяг.
– Статус, – Хаджар отдал нейросети распоряжение.
Имя: Хаджар
Уровень развития: Нет
Сила: 0,01
Ловкость: 0,03
Телосложение: 0,002
Очки энергии: Нет
Хаджар лишь покачал головой и продолжил есть. Несмотря ни на что, он продолжал свои “тренировки”. Его слабое, едва ли не распадающиеся на куски тело было способно не на многое. Но спустя пять лет “тренировок” – чуть больше, чем раньше.
Для игры на инструменте, он делал по три отжимания каждый день.