Стал… целостнее. А тени вокруг него постоянно дрожали, будто подзывая бывшего пирата к себе, пытались заключить в холодные объятия.
Неудивительно, что Хаджар не смог вовремя заметить его приближения, чего не случалось с самого Моря Песка.
— Я могу сказать о тебе тоже самое, — Хаджар взял протянутые ему алхимические пилюли и сходу швырнул их в рот.
По телу тут же разлился пожар заемной энергии. Но лишь малая часть этой искусственной силы задерживалась в Ядре. Впрочем и этого хватало, что заполнить его буквально до краев.
Вот только прежде, до перехода на Пиковую стадию Небесного Солдата, Хаджар не замечал, что заемная сила вредит его энергетическому телу. Оставляет на нем небольшие трещины и травмы, сквозь которые эта самая энергия и утекала.
— Мерзкая гадость, — скривился Хаджар.
— Эта мерзкая гадость стоила нам целое состояние.
Спорить с Эйненом было глупо. Десять пилюль Бурлящей Крови действительно стоили баснословную сумму денег.
На них ушли почти все сбережения, которые друзья смогли аккумулировать за почти целый год проведенный в столице.
И сейчас Хаджар съел сразу три таких пилюли. Иными словами — он собственными зубами разжевал годовое жалование мелкого Имперского дворянина.
— Сколько еще осталось?
— Две, — ответил Эйнен, протягивая Хаджару одну пилюлю. — Тебя долго не было, варвар.
Хаджар убрал алхимическую гадость в пространственное кольцо. Потерев щеку, он пропустил через ладонь энергию. На коже остались густые, черные волосы, а внешний вид Хаджара вернулся к прежней щетинистости.
— Ты здесь уже давно?
В данный момент они находились на одном из парапетов и, в прямом смысле слова — прятались под юбкой. В роли последней выступил каменный навес, немного напоминавший шапку ядовитого гриба.
Первые несколько минут Хаджар не мог сориентироваться куда их перенес Эйнен лишь потому, что потолок, внезапно, поменялся местами с полом.
Они действительно стояли на парапете, но только… вверх ногами.
— Около полутора недель, — островитянин, выглянув из-под уступа, мгновенно вернулся обратно. — Ждал тебя.
Хаджар не стал благодарить товарища. Подобные расшаркивания между ними были ни к чему. Хаджар поступил бы ради Эйнена точно так же.
— Что удалось разведать?
Задавая вопросы, Хаджар не просто трепался.