Хаджар уже сбился со счету, сколько порезов и ран он получил, пока пытался оставить за спиной (вернее — ступнями) очередной отрезок пути.
И это с учетом, что, Хаджар с Эйненом, незаметно для остальных, использовали Зов.
— Ты правильно сказал, Гэлхад — союзники так не поступают. Но с самого начала, что мы с Эйненом появились в вашем отряде, вы вели себя с нами не как с союзниками, а как с пленниками. А естественное желание пленника — сбежать. И лично я не вижу ничего зазорного в том, чтобы попытаться воспользоваться удачно сложившейся ситуацией.
— Значит, пока мы сражались, вы отсиживались? — что неожиданно, шипение принадлежало Тейе. — Один из моего клана погиб из-за вас! Этого я тебе не прощу, Хаджар Дархан! Видимо мой брат ошибался на твой счет.
— Дархан… Дархан… — Аргахад будто пытался что-то вспомнить. — Я где-то уже слышал это имя… Кажется, в форте Даригон, ходили слухи о воине, пришедшем из степей Ласкана. И звали его… Хаджар Дархан.
— Степи Ласкана не самое дружелюбное место, — замыкавший “процессию” Гэлхад, судя по звукам, столкнулся с тем же выступом, что и ползущие перед ним.
— Выход!
Эйнен, как и планировалось, первым вывалился из расщелины. Как только островитянин освободил пространство, то Хаджар мигом зажмурился."
"На фоне недавнего мрака, едкий сумрак канализации бил по глазам сильнее полуденного солнца.
Подождав пока глаза привыкнут, Хаджар сделал последнее усилие и оказался в явно не природном тоннеле. Овальные стены, смыкающиеся под широким сводом. Абсолютно ровный пол, по центру которого виднелось прямоугольное углубление.
Видимо когда-то давно именно по нему стекали городские нечистоты. Сейчас же здесь кроме мха и редкой растительности ничего больше не было.
Отойдя с Эйненом к противоположной от воздуховода стене, Хаджар обнажил Черный Клинок и дал волю мистериям.
Точно так же поступил и островитянин.
Первой из расщелины показалась Тейя. Поднявшись на ноги, она сперва опешила от внезапного взрыва силы “безобидного” Небесного Солдата, а затем подняла перед собой тяжелый клинок.
— Эта могила будет тебе по рангу, Дархан.
Ненависть в голосе Тейи можно было бы положить на весы и взвесить.