Если мужчины в нашем роду мерли как мухи, то женщины, как будто желая компенсировать их столь недолгое пребывание на земле, доживали до глубокой старости. Бабуля отметила свой девяностолетний юбилей и скончалась на следующий день, пережив супруга на тридцать лет. Думаю, дедушка ее дождался с большим трудом. Впрочем, судя по рассказам, встреч с дражайшей половиной он никогда особенно не искал. Победу свету его носило от Львова до Шанхая, а бабушка была тяжела на подъем и за ним не поспевала.
Мышильда полезла за сигаретами, а я рявкнула:
— Не смей при бабке.
— Глупость какая, — разозлилась сестрица, но закурить все же не решилась, вздохнула, посмотрела на меня и сказала:
— А у меня бабушкины бусики остались, янтарные. Она еще в них на фотокарточке, помнишь, возле дома с сокровищами?
— Помню, — кивнула я и вздохнула. Ключевая фраза была произнесена, и мысли, мои и Мышильдины, само собой, потекли в одном направлении.
— Как думаешь, — через некоторое время спросила сестрица, — они там?
— Кто? — прикинулась я дурочкой.
— Сокровища, конечно.
— О Господи… — Я покачала головой и отвернулась.
— Думаешь, россказни? А помнишь, в детстве мы с тобой мечтали, когда вырастем, поедем и найдем их.
— Помню. В детстве все мечтают о сокровищах.
— Но не у всех родной прадед их зарывает, — обиделась Мышильда и, облизнувшись, спросила:
— Чего там спрятано-то, я забыла?
Как же, забыла она.
— Тридцать золотых червонцев, — заунывно начала я старую-престарую семейную сказку.
— Прабабкино приданое. Обручальное кольцо, тоже с бриллиантом… — подхватила Мышильда. Перечислив все до последней броши и булавки, мы с облегчением вздохнули, после чего Мышильда с грустью спросила:
— Неужели все это правда где-то лежит?
— Брехня, — нараспев заверила я, разводя руками.
— Ну почему «брехня»? — обиделась Мышильда. — По-твоему, бабка все выдумала?
— Не бабка, а дедка.
— Какие актерки? — обиделась за прадеда сестрица, а я рукой махнула."
"Россказни о кладе я слышала с самого детства. История выглядела так: наши предки проживали в начале века в одном из старинных русских городов, ныне крупном областном центре. Прадед был из купцов, единственный ребенок в семье, рано лишившийся родителей. Нравом кроток, к зелью равнодушен.