— Ты сам пришёл без разрешения, напал на меня, а теперь возмущаешься, когда тебе дают отпор? Ты не охренел ли, бывший муженёк⁈
Мне не стоило ругаться, особенно с ним, но, чёрт побери, после того как он протёр мной пол, вежливые поклоны и чопорно оттопыренный мизинчик вообще никак не просыпаются.
Как ни странно, Эридан смотрит на меня со злостью, но нападать снова не спешит, принимая аргументы. Подняв руку, он рассматривает запястье и, я готова поклясться, витиевато ругается себе под нос.
Вау. А я его аристократом голубых кровей крестила.
Перец немного стихает, и я перехватываю его в одну руку, чтобы тоже осмотреть себя. Немного ниже запястья красуется внезапная «татушка». Сердцем чую, ничего хорошего её появление не означает.
— Что ты со мной сделал?
Эридан медленно выпрямляется, не сводя глаз с моего запястья. Его собственная метка тоже светится золотом, и это… завораживает.
— Ничего, — он проводит пальцем по узору на своей руке. — Просто судьба решила посмеяться надо мной.
— О чём ты? — прижимаю к себе всё ещё шипящего Перца. Кот явно готов снова броситься на обидчика, стоит мне только его отпустить. — Что это за рисунок?
— Метка истинности, — его голос звучит раздражённо. Он поднимает руку и смотрит на неё с таким видом, будто размышляет, насколько сильно она ему нужна и не лучше ли её отрезать. — Древняя магия, связывающая пары, предназначенные друг другу.
Меня будто ледяной водой окатывает.
— Что? Нет… Это какая-то ошибка! Мы не можем быть…
— Думаешь, я в восторге? — огрызается он.
— Что? — вскидываю подбородок. — Договаривай!
Он усмехается и делает шаг ко мне, а я инстинктивно отступаю. Перец снова шипит.
— Склонна лгать и воровать, — его глаза сужаются. — И теперь у нас есть всё время мира, чтобы вывести тебя на чистую воду.
— Я ничего не крала! — возмущённо выпаливаю, но ладонь, в которую втянуло чашку, начинает покалывать. Странное ощущение…
— Правда? — он усмехается, будто тоже это чувствует.
Дракон достаёт из кармана крошечный кусочек фарфора. Сердце пропускает удар. Я узнаю узор — такой же был на той злосчастной чашке. Но как…?
— Я… — начинаю говорить и осекаюсь. Ладонь снова покалывает, словно предупреждая.
Прежде чем я успеваю что-то предпринять, Эридан ловит меня за руку и кладёт на ладонь осколок.
— Вот видишь, — он качает головой.