Стоп… он знал, сколько я потратила на те платья неделю назад и ничего не сказал?
- Я жду…
- Я была… у врача.
- Я понял, что не в бильярд играла. У какого? По какой причине?
- Ты ведь уже все узнал… - Я по глазам видела, что узнал. Поэтому и бесился…
- Да, но я хочу, чтобы ты сама это сказала.
- Я была у гинеколога. Мне были нужны противозачаточные. Все, доволен?
- Нет. Такое нужно обсуждать со мной.
- Да конечно!
- Ульяна, - прорычал Цахаев, давая мне понять, что я перехожу границы.
- Это мое тело.
- Тело твое, а жена ты моя.
- Звучит так, будто не жена, а вещь. Персональная, личная вещь. С которой можно обращаться то хорошо, то плохо, ну, так, по настроению!
- Ульяна, такие вещи решаются вместе. Ты не можешь принимать решения самостоятельно, в одиночку.
- Ты в себе?!
- Вполне. И я скажу тебе прямо, как есть – я хочу детей.
- А я нет. Мне всего двадцать, я совершенно не уверенна в своем муже двоеженце, который не ночует со мной дома, который не интересуется моей жизнью, на которого я не могу положиться.
- Ты не уверена во мне?
- Господи, Шамиль, приди в себя, конечно, я в тебе не уверена! Спишь с одной, любишь другую, детей подавай от любой, а ты как сам думаешь?!
Цахаев замер, то ли не находя, что мне ответить, то ли не желая давать мне ответа.
- Дай пройти! – Оставаться с ним наедине больше не было никакого желания.
*****Пройти-то я прошла, вот только разговор наш окончен не был. Быстрыми шагами направилась на второй этаж, в спальню, но меня быстро нагнали.
- Я тебе многое спускаю с рук, Ульяна, - начал Цахаев. – Я постоянно напоминаю себе, что ты моложе, воспитана совершенно в других условиях, что можешь еще быть безответственной просто в силу своего возраста и непривычки, но чем дальше – тем хуже, чем лучше я к тебе отношусь, тем больше ты борзеешь. Ты не уважаешь своего собственного мужа, ты постоянно поднимаешь на меня голос и оговариваешься.