Что скажем? И нам какой-никакой проводник нужен, который эти места знает. Да и не по-человечески это бросать в трудную минуту того, кто нуждается в помощи. Ты пока лошадку напои-накорми, фляги водой наполни. До рассвета лучше покинуть город.
Парня нашла в спальне. Он лежал поперек кровати на боку, крепко прижимая к себе белую пуховую шаль, и не шевелился. На прикроватном столике тускло чадили свечные огарки. Заглядывающая в окошко серебристая луна, отбрасывала на пол причудливые тени. На подоконнике в маленькой вазочке стояли свежие полевые цветы, распространяя неуловимый пряный аромат.
Я подошла и присела на кровать, положила Ивану на плечо руку, которую он скинул нервным движением. Ершистый какой! И ранимый.
– Мне очень жаль, что ее больше нет, правда. Но Игнату нужна помощь, время уходит. Нельзя здесь оставаться. Возьми что-нибудь на память и… мы подождем во дворе, чтобы ты попрощался, – вздохнув, я вышла из комнаты, притворив за собой дверь.
Иван вышел через полчаса, одетый в дорожную одежду и с вещевым мешком, из которого торчали рукояти мечей. Молча распахнул ворота, куда Егорка направил лошадку, а после прикрыл их за нами и забрался к пацаненку на козлы. Небо уже посветлело, знаменуя новый день, когда мы промчались по пустынным улочкам через весь Глушин и свернули на накатанную колею, петляющую по полям и теряющуюся в густой зелени леса.
Глава 15
Вековые ели, устремленные к небу будто мачты кораблей, поросшие мхом стволы, коряги и вывороченные с корнем сгнившие деревца рисовали унылый пейзаж.
Ближе к Черной топи окружающий пейзаж стал еще более зловещим.