Иван бросился нас вытаскивать, а взбешенный брат принялся плести «драконье пламя», которым поставил точку в сражении.
Пока я приводила себя в порядок и горевала над испорченными дневниками, мужская часть отряда озаботилась поисками трофеев и всего того, что уцелело после схватки. Наши вещи пропали вместе с лошадьми, поэтому ценность представляла любая мелочь, способная облегчить дальнейший путь. Особенно пригодились походные мешки наемников, снабженные наборами для выживания, относительно чистой одеждой и остатками продуктов.
На поиски добычи, отдых и прочие приготовления ушли сутки, а на рассвете следующего дня мы выдвинулись к Белозеру. Помнится, я жаловалась, как тяжело трястись целый день на лошади? Беру слова обратно. Сейчас я бы отдала сундук с золотом, чтобы вернуть все, как было. Идти по жаре, продираясь сквозь заросли, которые ближе к воде становились гуще, да еще и в обуви размеров на десять больше – вот настоящая пытка.
Вода! Чистая! Какое же это наслаждение смыть трехдневную грязь, под которой тело неимоверно чесалось и горело.
Мужчины озаботились поисками лодки и хвороста для костра, а я вдоволь наплескалась в укромной заводи. Затем отправила мыться Егора, а сама занялась готовкой. Так что к возвращению старших членов команды их ждала горячая наваристая похлебка из мяса и горстки крупы. Запасов у нас не осталось, к сожалению, поэтому питались тем, что Игнат или Иван добывали на охоте. Хорошо, хоть соли в мешках наемников хватало, ну и я собирала по дороге знакомые травки, чтобы разнообразить вкус пищи.
– Лодку мы не нашли, – заявил брат по возвращении, – так что будем строить плот. Перекусим и займемся этим, время поджимает.
Несмотря на усталость, после обеда все принялись за работу. К сожалению, специального инструмента для рубки деревьев у нас при себе не было. Только мечи и огненная магия, не очень-то сочетающаяся с профессией лесорубов, в которых мы временно переквалифицировались.